Всё спросил-истребовал.

Я у Вечности забыл спросить:
ковыряться каши, мять бока,
скольким ветрам моросить,
мёрзлой хвати?
а пока...

Я истребовал все методы,
терпелив, не аккуратен был,
мёды ел не с медоедами,
водки гнал, как сок давил.

И облизывал солёных губ,
отзывался на лучистый смех,
был не холоден, но больше груб,
и ладонью со-стола мёл грех...

Колеи своей неезженной,
не флаконом и не вешками,
чуть туманами забрезженной
в росы слёз и слов потешками.

От бессоницы замученной,
уходил и не смотрел назад,
взгляда поволок колючею
обнесённой неба над.

Может зря всех этим именем,
называл - своей Певунией,
зла кромешного растемени
гладил циркуса петунии.

Ни которого ни времени
зря не зрил, а только выдохнул
новой жизни в отчем имени,
не крестил, - так расхлестнул!

Им достанутся привольницы,
понесёт пусть птицей-тройкою!
до раздела судеб стольницы,
оловянными и стойкими.

Я теперь его Высочества
очарован.., и сражён бессил,
всё бы знал про одиночество,
да у Вечности спросить забыл...