Демид

ДЕМИД
В стране, далекой от востока,
Где реки мчались одиноко,
Правитель жил, по имени Демид.
В заботах царство он томит,
И убранством своим гордится.
Народ хвастливый веселится,
Деяньем славным укреплен,
И грозно смотрит испокон.
Вот как-то раз со всех сторон
Собрался княжеский призыв —
Охоту бурно затрубив.
И поднимался лай собак,
В угодьях гнали цель во мрак.
Но вдруг охоту у стремнины
Остановил овраг пустынный:
Там лося прикрывала ель.
Взвела стражá свою прицель,
Но лось вдогонку прокричал:
«Не торопись, Демид, стрелять!
Царям спешить не под стать.
Ты, может, всё уже сказал?
Принцесса ваша всем светла,
Но отложи свои дела:
Когда придут ей двадцать лет,
Нас ждет во тьме зловещий след!»
Демид булатною рукой
Смахнул росу с лица долой,
И поскакал конь вороной
С охоты бранной до крыльца.
Шли годы. Зеленела даль,
Забылась прежняя печаль.
В полях свистела буйно рожь,
Повсюду стал дешевле грош.
И вот царь пир затеял свой:
Принцессе двадцать. Круговой
Дозор расставлен у ворот,
Да только стража не спасет.
Вдруг рухнул ясный, чистый свет,
Поблекнул празднества рассвет.
Колдун явился в темноте,
В своей зловещей слепоте.
Принцессу юную схватил,
Лишив Демида царских сил,
И улетел к своей он книге,
Скрываясь в полуночном миге.
В слезах Демид о грехе рек,
Потоком слез измыл свой век.
Но принц один средь грустных глаз
Готов помочь здесь в тот же час.
Пошел он к лосю в темный лес,
Под свод таинственных небес,
Чтоб выведать лихой секрет,
Как деве возвратить рассвет.
Сохатый молвил: «Враг силен,
Но дух твой не умален.
Колдуна сможет меч сразить,
Каких на свете не добыть.
Из золотых оленьих рогов
Куется гибель для врагов.
Олень — мой близкий кровный брат,
Сбросить рога он будет рад,
Ты лишь найди его в глуши
По утренним следам в тиши».
И принц оленя встретил враз,
Исполнил лосев он наказ:
Рога в мешок сложил скорей
И поскакал меж старых пней.
К Яге примчался в тот же час,
Где зелье зрело про запас.
Дала Яга ему отвар —
Снотворный сок, тяжелый дар,
Чтоб усыпить циклопа враз,
Чей, как злой рок, горел бы глаз.
И пал циклоп у грозных скал,
Тяжелым сном его сковал.
Наш принц берет тяжелый молот,
Пока в груди отважен, молод,
Из золотых оленьих рогов
Кует он меч против врагов.
Пошел он к морю-океану
С мечом, на зависть великану,
Чтоб сам владыка Посейдон
Открыл, где враг и где его дом.
И молвил царь морской пучины,
Вздымая волны во единый:
«Ищи мерзавца в злой глуши,
Но бить наотмашь не спеши:
На теле ниша у него —
Туда ударь врага своего!»
По старым кочевым путям,
На трехголовом там слоне,
Он мчится к вражеской стране,
До логова врага догнал.
Всем, кто на свете помогал,
Обет спаситель верный дал.
Сидит принцесса в высоте,
В горючей пленной тесноте,
На башне, скрытая во мгле,
Одна на проклятой земле.
Колдун заклял ее красу,
Оставив чахнуть на весу.
Наш принц возвысил грозный глас,
Вызывая гада в тот же час!
Но обманул их Посейдон:
Был чародея скрыт закон —
Семь жизней было у врага,
Ему служили берега,
И страшен был его урон.
Семь суток бился честный принц,
Не опуская пред ним ресниц,
Без отдыха, забыв про сон,
Пока не пал злодейский трон.
Но одолел-таки врага —
Разбились чары и рога,
И спала черная пелена!
Принцесса сбросила забвенье,
Пришло к ней сердца оживленье,
Влюбилась в молодца она
И, чувством девичьим полна,
Просила тотчас разрешенья
На брак у батюшки-отца.
Демид от радости кричал,
Ведь зять — законный, славный принц!
С тех пор охоту он забыл,
Свои латы в подвал зарыл.
Для птиц, для белок и лисиц,
Для всех лесных и водных тварей
Он стал защитник, а не царь.
За то, что каждый в трудный час
Принцессу от кончины спас.
И стал у них веселый пир,
Какого не видал весь мир:
Они пили молоко, творог,
Пекли черничный пирог,
Сметану ели все всласть,
Чтоб лакомый кусок украсть.
Котлеты делали из овощей,
Из свежих трав и сочных щей,
Чтоб ни у птицы, ни у зверей
Не отнимать земных ночей.
Вот так в убранстве и добре,
При ясной утренней заре,
Без капли мяса на столе,
В довольстве, мире и тепле —
Вегетарианцы первые
Явились на сырой земле!
Я там был, мед-пиво пил,
Да усы лишь обмочил.