Август 2.0 (на яблочный спас)

За вдохновеньем в очередь
не нужно становиться,
и, надрывая сил, чернеть,
и изворотцем виться.
И тыкать в морды кулаком,
изрыгивать проклятия,
а если бьют, лежать кульком,
глотая кровь с кислятиной...

Тому, кто напрягает грудь,
кто трудится плечом,
с щедрот - земная изумрудь
и масло с калачом.
И ночь крута, и крепок дух
измученным басом,
и сладко-нежный смех пердух,
храни перин их сон!

Что для другого хорошо,
то для поэта смерть!
зубами крошен в порошок
святой стихиры твердь.
Не для поэта зреет ночь,
но он - её герой,
глагол потомственный точь-в точь,
в словесы - матерой.

А чуть забрезжится заря,
магол падёт голов,
и было что-нибудь не зря..,
с добычей рифмолов!

За вдохновеньем все в разборт, (разброд),
кто в бога, кто в гашиш,
кто в заграничный butterbroд,
а больше в отчий шиш.
И после смерти маята,
оценят ли , поймут?
вдруг это не была мета?
а вырожденья муть...

И только человечий мул
под спудом волокушь,
вдохнул легко и выдохнул,
добыв победный куш!