А так...

Жизнь её немудрёная больше ничуть не похожа
На весну, на цветущую яблоню или сирень.
Ей совсем не к лицу сумасшедшая стрижка «под ёжик»,
А во взгляде читается добрый усталый олень.
А деревья уже по-осеннему полуодеты.
Беззащитную липу с утра беспокоит сквозняк.
Все немного грустят.
Потому что у нас бабье лето,
Или, может, не бабье,
А может, не лето,
А так…

Мы куда-то идём по беспечно сверкающим лужам,
Отражающим свет, полусвет, полутень облаков.
Лист кленовый летит, понимая, что больше не нужен:
Отслужил, отгорел, отболел – и расстался без слов.
Даже самая лучшая тыква не станет каретой.
А ведь можно пешком, хоть куда, если рядом плечо.
Будет очень тепло,
Потому что у нас бабье лето,
Потому что мы можем молчать,
Только было б о чём.

Иногда в этом мире случается то, что не может –
Прилететь, налететь, озарить, одарить и обнять…
Ей совсем не к лицу сумасшедшая стрижка «под ёжик»,
Но нет силы, способной заставить её поменять
Отражение в зеркале, время, походку, билеты,
Детский почерк, наивную память, потешный рюкзак…
Это стало родным.
А еще… во дворе бабье лето,
Или, может, не бабье,
А может, не лето,
А так…