А говорят, что тебя нет

-- Пока! – Они поцеловались.
-- До вечера!
Шарон вышла из квартиры, закрыла дверь на ключ и направилась к лестнице. Голос вездесущей Глори, соседки сверху, окликнул её. Шарон остановилась, нервно выдохнула: «Ну что ей ещё надо? Я на работу опоздаю».
-- Шарон, Шарон, подожди! Прости… -- Глори торопливо спускалась, будто тоже куда-то опаздывала, постоянно поправляя спадающие с ног домашние вельветовые тапочки грязно-коричневого цвета. – Девочка, как ты? Всё время думаю о тебе… Бедняжка моя, как всё это тяжело…
-- Вы опять? – Шарон продолжила путь, не обращая на неё внимания. – Мне некогда.
-- Я же переживаю, что тут плохого? – обиделась соседка, поправляя сползающие бигуди в волосах. – Просто хотела спросить. Представляю, как тебе сейчас тяжело…
-- Прекратите нести чушь. Мне нисколько не тяжело… Я спешу на работу.
-- Шарон! На какую работу? – И не дождавшись ответа, соседка, скрестив на груди руки, с сожалением посмотрела ей вслед, покачивая головой. -- Я всегда рада видеть тебя, Шарон. Для тебя мои двери всегда открыты.
«Вот дура. Сколько можно меня доставать? С ума сошла конкретно», -- подумала Шарон, выходя на улицу. Она прошла несколько шагов, остановилась, оглянулась, посмотрела на окна своей квартиры на втором этаже, прошептала: -- Дорогой, я вечером к тебе вернусь. Люблю, -- и поспешила к автобусной остановке.
Последнее время все твердят ей одно и то же: что его нет. Все жалеют её, сочувствуют ей, и каждый раз предлагают всяческую помощь, хотя она в ней нисколько не нуждается. А сумасшедшая Глори, так та вообще окончательно с катушек съехала, -- она считает, что её Роберт – её любимый Робби – умер. Но она же не знает, что он дома и не может пока выходить. Если остальные сочувствующие знают о том, что её муж болен и не говорят страшных слов, то эта ненормальная всё время каркает про смерть. Придумала себе какие-то похороны Роберта и теперь всё время извиняется, что не присутствовала на погребении. Шарон перестала злиться на соседку и старается лишний раз не пересекаться с ней. Выслушивать бред больной женщины про смерть своего мужа не очень-то приятно. Но, как говорится, на больных не обижаются: пусть считает, что так оно и есть.
Они с Робертом поженились в прошлом году. Медовый месяц (на самом деле три месяца!) провели на Бермудах. Они любят друг друга и счастливы. Счастливы, несмотря на то, что Робби месяц назад попал в страшную аварию. Какое счастье, что отделался, можно сказать, легко и остался живой. Пока он ещё слаб, находится дома и никуда не выходит. Но скоро поправится, обязательно выздоровеет. Во время аварии он сильно ушибся головой. Сейчас ему необходим полный покой… И её забота и любовь.
А сплетники?.. Ах, ей плевать, что думают другие. Пусть считают, что Робби умер. Ей надоело доказывать обратное и разубеждать всяких идиотов в том, что он живой. Всем что-то нужно то от неё, то от её мужа. Последнее время постоянно приходят какие-то юристы, подсовывают всякие бумаги для подписи. Зачастил пожилой доктор со страшной фамилией Сет и очень серьёзным лицом. Он постоянно задаёт странные, а порой абсурдные или смешные вопросы, каждый раз предлагая в конце беседы лечение. Вроде взрослый мужчина, образованный, опытный врач, а тоже несёт всякую ерунду, прям как Глори. А может они с соседкой заодно?
Шарон терпеть не может всех этих врачей, юристов; и ненавидит отвечать на их глупые вопросы и подписывать непонятные документы. Она хочет просто быть с Робби, и чтобы им никто не мешал и не тревожил понапрасну всякими глупостями. Их семье нужен покой, и больше ничего. Только так Роберт быстрее пойдёт на поправку, и тогда они скорее выйдут в свет. И тогда всем станет ясно: её любимый муж в полном здравии, и оба они счастливы. И может тогда соседка наконец перестанет её доставать своими жалостями.
Шарон доехала до торгового центра, вышла из автобуса и направилась к деловому центру. День был ясный, светило июньское солнце. Не замечая весёлых взглядов людей, девушка шла по тротуару, подставляя лицо светилу, и улыбалась ему. Глядя на неё, ни у кого из прохожих не возникало и тени сомнения, что она самая счастливая девушка на свете.
Обойдя два раза бизнес-центр по периметру, Шарон вернулась к главному входу и вдруг резко остановилась. Бездонными неподвижными глазами девушка посмотрела на вращающуюся зеркальную дверь, чуть приоткрыв рот. Нередкое в последнее время жгучее желание находиться дома рядом с любимым мужем вновь нахлынуло на неё и заставило сердце учащённо забиться. Нет, в таком состоянии она не сможет работать. Ей необходимо срочно вернуться к Робби. Когда она с мужем рядом, её нервы успокаиваются.
Когда она пришла в себя, огляделась вокруг. Увидела знакомое лицо охранника, молодого крепкого парня в чёрном костюме. Он смотрел на неё и улыбался. Шарон скромно улыбнулась в ответ, пряча глаза, и направилась к автобусной остановке.
«Может доктор и прав, и мне нужно взять отпуск, отдохнуть, побыть рядом с мужем?» -- размышляла она. -- «Или взять, и уехать нам куда-нибудь в тихое место. Нет, не на побережье, не в приморские многолюдные города, а куда-нибудь в глушь, в тихое место, где будет красиво и спокойно. Почему бы не съездить в Монтану или на Аляску? Эту идею надо предложить Робби».
Шарон ехала в автобусе, разглядывая город. Она рассматривала знакомые дома, магазины, кафе. Она обожала этот город, потому что в нём встретила Роберта. Она любила улицы этого города, потому что они с Робби гуляли по ним. В этих магазинах они закупали продукты, а в небольших ресторанчиках часто ужинали. Вот, в том переулке, у витрины магазина свадебной одежды они целовались на втором свидании. А там, чуть дальше, в сквере на скамейке, он сделал ей предложение выйти за него замуж. Над крышами домов промелькнул шпиль собора, в котором они обвенчались… От ностальгирующих воспоминаний её сердце облилось печалью и счастьем одновременно.
Шарон вышла на своей остановке и почти бегом направилась к дому, издали всматриваясь сквозь листву деревьев в свои окна на втором этаже, в надежде увидеть Робби.
Переступая через две ступени, она поднялась на свой этаж, повернула в коридор правого крыла и оказалась перед двумя мужчинами, стоящими напротив двери её квартиры. Испугаться она не успела, так как услышала знакомый твёрдый голос доктора Сета: -- Простите, мэм, мы пытались дозвониться вам…
-- Я не ношу с собой телефон, -- не глядя на мужчин, Шарон протиснулась между ними к двери, доставая ключи из сумочки.
Второй мужчина ей не был знаком.
-- Но… А если мужу понадобится вам позвонить? – осторожно спросил доктор.
-- Меня достали звонки, -- нервно ответила девушка, проворачивая ключ в замке.
-- Мы могли бы пообщаться? Это не надолго. – Доктор снял шляпу, обнажив лысую голову.
Шарон чуть было не открыла дверь, но тут же опомнилась и повернулась к мужчинам, закрывая собой вход.
-- Нет! Подождите. – Шарон избегала всепроникающего взгляда доктора и потому смотрела на его обувь. В прошлую с ним встречу ей показалось, что он рассматривает её мозги. – Нет, останьтесь здесь. Мне надо предупредить мужа. Ему нужен покой. Вы не должны его беспокоить.
-- Мы не потревожим его. Мы пришли к вам, -- пояснил незнакомец, оскалив белоснежные зубы в ехидной улыбке.
-- Сейчас я приду. – Девушка приоткрыла дверь и быстро вошла в квартиру, боязливо оглядываясь на визитёров.
-- Хорошо, мы подождём здесь. Передавайте привет мужу! – крикнул вслед незнакомый мужчина и слегка приподнял руку в приветствии. Он явно издевался над ней.
Шарон вошла в квартиру, закрыла за собой дверь на замок и, не разуваясь, поспешила в спальню. Роберт поднялся с кровати и поспешил ей на встречу. Они обнялись.
-- Ты рано вернулась.
-- Робби, я чувствовала, что они придут. Тебе надо спрятаться. – Он, казалось, не слушал её: обнимал, осыпал лицо поцелуями. – Дорогой, они там, за дверью. Они хотят войти.
-- Что им нужно? – отстраняясь, спросил Роберт, обнимая ладонями её лицо.
-- Опять им что-то надо от меня… -- Она замолчала, опуская взгляд. – И от тебя…
-- Ну и пусть заходят. Тебе-то чего волноваться?
-- Я не знаю… Мне неприятно общаться с ними… Мне не хочется ни с кем общаться. Они все говорят страшные слова. Я хочу, чтобы нас не трогали. – Она заплакала. – Они все настроены против тебя, против нас. Я не хочу слушать их бред. Я хочу на Аляску…
-- Куда?..
-- Я только хотела рассказать тебе, но пришли они... Ты спрячься, хорошо?
-- Я буду сидеть тихо, как мышка, -- Роберт улыбнулся и поцеловал жену в бровь. – Пусть заходят. Я буду ждать тебя. – Он послал ей воздушный поцелуй. – Аляска!..
Роберт спрятался. После того, как Шарон убедилась, что они его не обнаружат, даже если без спроса войдут в комнату, она пошла к непрошеным гостям.
-- Ещё раз извините за беспокойство. – Доктор первым вошёл в квартиру. – Это Джон Райт, -- представил он незнакомца, -- представитель компании, в которой работал ваш муж.
Шарон остановилась, как вкопанная, повернулась и настороженно посмотрела на доктора. Её бровь несколько раз заметно дёрнулась.
-- Работал? – переспросила она. – Почему работал?
-- Миссис, -- неуверенно начал представитель. – Но ваш муж не работает уже месяц. Если точнее, он не присутствует на работе…
-- Шарон, -- перебил мужчину доктор, -- мы понимаем вашу утрату. Потерять близкого человека -- для каждого горе. Мы не желаем вам плохого, а только хотим помочь.
-- В чём? – беспокойно спросила девушка, теребя рукав платья, и сразу же ответила: -- Мне не надо ни в чём помогать.
Доктор присел в кресло, не дожидаясь предложения хозяйки, осмотрел помещение и громко сказал, поглядывая на закрытые двери других комнат: -- Роберт Мэйсон! Здравствуйте! Если нас слышите, ответьте. Вы не хотели бы поговорить с нами?
Шарон испугано смотрела то на доктора, то на дверь спальни. Доктор проследил за взглядом девушки.
-- Шарон, он в той комнате?
-- Не смейте ему мешать! Не трогайте его. Ему нужен покой. Что вам нужно? Убирайтесь!
-- Ваш муж умер, как бы вам не хотелось нас в этом разубедить. – Доктор достал из портфеля какие-то бумаги. -- Вы не посещаете работу уже три недели…
-- Прекратите! Он живой! Уходите! – Шарон указала на выход.
-- Шарон, мы поможем вам. И пусть будет по вашему: да, пусть муж ваш будет живой. Но только прошу вас, примите моё предложение: пройдите обследование в нашем центре и… И подпишите некоторые документы. Уверен, что вам… кх, и вашему мужу в том числе, это не повредит. Да, я согласен, вы не можете жить без него. Что ж, пусть и он вместе с вами находится в нашей клинике. Нам так даже будет лучше, а вам и ему спокойнее.
-- Вы пугаете меня, -- Шарон, не моргая, смотрела на доктора, всем видом показывая свою ненависть. – Нам с мужем не требуется ваша помощь. Прошу вас, оставьте его и меня в покое! – Она направилась к выходу.
-- Если ваш муж находится здесь, то что вам мешает познакомить нас с ним. Или хотя бы убедить нас в его существовании. – Доктор прищурил глаза. – Пусть он хотя бы голос подаст. И я обещаю вам, если он присутствует в этой квартире, мы тотчас же покинем вас и больше не придём. Но… -- Он выждал десять секунд, прислушиваясь к чему-то и рассматривая потолок, и, разведя руки, с сожалением констатировал: -- Но кроме нас троих, тут, как я понимаю, никого больше нет.
-- Есть! – выкрикнула Шарон. – Он живой!
Доктор поднялся с кресла, Джон тем временем быстро переместился через комнату и открыл дверь спальни. Шарон заверещала, увидев, что в её святую святых бесцеремонно вошёл этот мерзкий тип.
-- Не смейте туда входить! – Шарон подбежала, схватила хама за рукав пиджака и принялась вытягивать негодяя из комнаты. Но тот, не обращая внимания на разъярённую кошку, успел пробежаться взглядом по спальне, не найдя ничего, что могло бы указывать на присутствие в ней ещё одного человека.
Доктор поднялся с кресла.
-- Прошу вас, успокойтесь. Джон, вернись в комнату.
Джон, поправляя пиджак и разравнивая ладонью мятый рукав, вышел из спальни, насмешливо и брезгливо поглядывая на Шарон. Девушка оглянулась в комнату, успокоилась, что Роберт не выдал себя; вытерла слёзы и поправила причёску.
-- Уходите.
-- Вашего мужа нет, -- произнёс вердикт доктор, возвращая стопку бумаг в портфель. – Будь он здесь, он непременно бы вышел и не допустил, чтобы его жену доводили до слёз двое мужчин. – Доктор посмотрел на платье Шарон, прошёлся глазами по её ногам и обуви. – Вы перестали следить за собой.
Визитёры направились к выходу.
-- Социальные службы позаботятся о вас. А мы умываем руки. До свидания.
Шарон закрыла за ними дверь на ключ и поспешила в спальню. Подошла, боязливо дотронулась до ручки и застыла, не открывая дверь. Она вспомнила слова доктора и оглянулась, чтобы посмотреть на своё отражение в зеркале на противоположной стене. Затем нагнула голову и осмотрела своё платье и обувь, и -- ужаснулась! Вместо платья на ней висел неглаженный домашний халат, а на ногах вместо туфель – кроссовки. Причём они были разного цвета: левый белый, правый голубой.
Девушка спешно скинула обувь, стянула вонючий халат и переоделась. Робби не должен видеть её в таком виде. Как же могла она не заметить и пойти на работу в таком виде?
Шарон вошла в спальню.
-- Выходи, дорогой, -- позвала она мужа, шаря глазами по комнате. -- Они ушли.
Сначала гробовая тишина испугала её, но через минуту послышался шорох и сдержанное дыхание. И вот Робби вдруг появился перед ней, словно ниоткуда -- красивый, мужественный, с доброй улыбкой на лице. Целый и невредимый. Слегка, правда, уставший и сонный. Но живой. Она бросилась ему на шею и крепко обняла. Прижала к себе точно так же, как прижимала на первых свиданиях. Прикоснувшись губами к его мочке уха, Шарон нежным голосом что-то тихо-тихо шептала любимому: возможно, про злых людей, про любовь, про их светлое будущее. А может про Аляску.
Он тоже сжал её в своих объятиях. И теперь она забыла всё негативное, что было до этого. Её уже не волновали ни злые языки людей, ни сумасшедшая соседка Глори, ни доктора, ни юристы. Её не беспокоил больше тот мир, в котором заживо похоронили её мужа. В объятиях любимого Робби она была спокойна, уверена и никого не боялась.
Так, слившись друг с другом, они стояли вечность: девушка и пустота, которую она обнимала за шею, нашёптывая ей на ухо:
-- А все говорят, что тебя нет…


К О Н Е Ц



О. Р. Баркер, 2019, май.