АНГЕЛОИД

Красивая.
- Посмотри на небо, мальчик мой, и ты увидишь звезды,- говорил мне отец, старый патриарх Великой Церкви Христовой,- люди научились покорять их одну за другой и уже нет места во Вселенной, где бы не ступала нога человека, но люди так и не научились любить ближнего своего как самого себя. Это плохо, мальчик мой, ибо мы понапрасну теряем свои силы на звездные войны, вместо того чтобы познать себя. Кто мы есть? Для чего? Вот вечные вопросы, которые до сих пор остаются тайной.
Я, капитан Уилсон Редли Беринг, родился в год 3001 от первой звездной экспедиции на главной планете Великой империи Земле. Мой отец, Ментор Стелс Беринг, родился в 2960 году от первой звездной экспедиции и был, как я уже упоминал выше, патриархом Великой Церкви Христовой, которая переживала далеко не лучшее свое время. Моя мать, Алиса Браун Беринг, родилась в 2978 году от первой звездной экспедиции, она работала заштатным консулом при императоре Григорие II Асмусе. Как видите, мои родители были вхожи к высшему кругу, а посему я тоже должен был оказаться гдето подле трона дряхлеющего императора, но я избрал другой путь, путь полный приключений, смертельной опасности и битв за выживание, путь дальразведчика.
Я - человек боя и, естественно, никогда в жизни бы не вспомнил бредни моего старого отца, если бы не один случай, который заставил меня, отпетого вояку, переосмыслить многие вещи и взяться за мыслефон.
Наш флот, которым я командовал, состоял из трех боевых крейсеров класса «А». Достаточно будет упомянуть неопытному читателю, что крейсеры такого класса обладали кварковыми расщепителями, преобразователями времени, уничтожителями нейтрино и кучей иного рода оружия, самыми безобидными из которого были бластерные пушки.
В тот памятный день, хотя на корабле не бывает дней, но мы по прежнему называли периоды бодрствования днями, мы (когда я говорю это слово, то подразумеваю офицерскую часть команды) сидели в кают – компании и делились своими мнениями по поводу скоростного прохода к неотмеченной на картах звезде. Следует отметить, что звезды стали столь редки, что порой на них претендовало сразу несколько разведывательных кораблей Королевства Альфа Центавра, Астурии и иных мелких царств. Часто такие претензии решала сила оружия, скорость, а также маневренность корабля.
Нас было девятеро. Девять истинных людей сидели в обтекаемых креслах под сводами тронного зала древнего замка, так был настроен мой личный виом, и долго смотрели друг на друга.
Команда наших крейсеров (сто клонов, сто киборгов поколения « Рекс», четыре тысячи прислуживающих аппаратов в каждом) тем временем была занята своим делом.
Мы же собрались здесь, чтобы решить свою судьбу и судьбу своих экипажей.
- Соло, доложите обстановку,- приказал я молодому парню нейропрограматору первого уровня, хотя здесь уместнее было бы сказать попросил, поскольку все мы здесь были знакомы давно и как говорили в старину успели спеться и спиться.
Немного о Соло. Соло – это целая история успехов и падений, это кладезь знаний по разнородной технике, это тонкий булавочный юмор, это парень с феноменальной памятью, которому можно доверить любые личные тайны со стопроцентной уверенностью, что он их не разболтает. Этот парень имел уравновешенный характер, умел постоять за себя, имел чувство локтя, умел выслушать собеседника не перебивая. В свободное от вахты время, играл на древнем инструменте «гитаре», играл в шахматы, хотя последняя игра, наверное, профессиональная деформация всех нейропрограматоров. И, несмотря на столь юный возраст, недавно ему исполнилось двадцать пять лет, успел не только зарекомендовать себя как высококлассный специалист, но и с честью пройти горнило ада межрасовой войны на Гагарине V. Одним словом я был рад, когда распознал, что за подарок дала мне в руки судьба.
- Капитан,- принял Соло игру в начальника и подчиненного, обычно ко мне обращаются «Уил» или «кэп»,- отклик сети в норме, абстрагирование идеальное. «Анаконда» готова к нагрузкам.
Для тех, кто не поднаторел, как я за время путешествий, в нейропрограмировании, поясню слова Соло. Начну с конца. «Анаконда» - это нейросеть, которая связывала между собой три наших крейсера, делая их единым целым. «Отклик сети в норме» означал, что сеть прошла процедуру обучения и чувствительна к небольшим изменениям входных сигналов. Эта внутренне присущая способность видеть образ сквозь шум и искажение жизненно важна для распознавания образов в реальном мире. Она позволяет преодолеть требования строгой точности, предъявляемое компьютером, и открывает путь к системе, которая может иметь дело с тем несовершенным миром, в котором мы живем. Важно отметить, что нейронная сеть делает обобщения автоматически благодаря своей структуре, а не с помощью использования «человеческого интеллекта» в форме специально написанных компьютерных программ.
«Абстрагирование идеальное» означало, что способность нашей нейросети «Анаконды» извлекать сущность из входных сигналов, находится на предельном для такого типа сети уровне. Чтобы было яснее, приведу пример, сеть может быть обучена на последовательность искаженных версий буквы «А». После соответствующего обучения предъявление такого искаженного примера приведет к тому, что сеть породит букву совершенной формы. В некотором смысле она научится порождать то, что никогда не видела. Эта способность необходима для того, чтобы во время скоротечного звездного боя извлекать идеальное из несовершенных выводов.
- Уил, квантификация конфликтно-кооперативного континуума девять балов,- а это, прошу любить и жаловать, заговорил, и, причем как всегда не по уставу, футуролог первого ранга Андрей Никитич Гаврилишин.
Краткая справка. Андрей Никитич Гаврилишин родился в 2976 году от первой звездной экспедиции на планете Рух системы Каплана. В 3000 году поступил на курсы футурологов всеимперского университета планеты Земля. В 3005 году перепрыгнув через один ранг, что встречалось крайне редко, добыл свою первую научную ступень – футуролог второго ранга. А уже через год, в 3006 году стал мастером футурологии и футурологом первого ранга. Ему пророчили большую научную карьеру, но он, как и я выбрал скользкий и опасный путь дальразведчика.
- Значит, будет драка? – задал я риторический вопрос, понимая, что если Андрей Никитич выставил девять балов конфликтности нашему рейду, значит, боя не избежать.
- Да, такова оценка интенсивности агрегатных компонентов действенного ряда, или хронологической последовательности фиксированного действия. Как кому больше нравится,- последовал ответ Андрея Никитича.
- Никитич, кончай паясничать. Проще надо отвечать. Некоторые среди нас университетов не оканчивали. И к слову, я про то, что будет драка, узнал задолго твоего футур-прогноза. На драку у меня стойкий инстинкт. Видишь кулак? Чешется зараза. Кэп, у меня рацпредложение как повысить боеготовность нашего флота.
- Валяй, Смит.
Краткая справка. Кэрол Смит, мастер силовых столкновений. Вальяжный и бесцеремонный тип. Любит поесть всласть, поспать всласть, вобщем все делает всласть. Косит под среднего обывателя.
- После твоего последнего рацпредложения мы еле ноги унесли,- проворчал капитан второго ранга крейсера „Змея” Герман Бор.
- Герман, давай не будем ворошить «Терминатора»,- сказал свое веское слово дипломированный специалист по урегулированию конфликтов Ли Чан.
- Ты б еще сказал: не будем лохматить бабушку,- не унимался Герман Бор. Алилуя, Герман Бор шутит – судный день настал!
- Спасибо за «Терминатора», Ли. Если вы все такие умные, я умолкаю и с удовольствием послушаю, что вы можете предложить по этому вопросу,- сделал кислое, расстроенное лицо Герман Бор, но, если честно, это у него получилось довольно комично.
- Кэп, у меня есть предложение, как повысить боеготовность. Я предлагаю вырядить в спаскостюм «Терминатора», выпустить его в космос и привязать к носу нашего флагмана. Пускай своим видом и своими бредовыми идеями распугивает неприятеля. Клянусь Спасителем, никто не посмеет выстрелить в нашу сторону,- тут же заполнил паузу, после заявления Смита по кличке „Терминатор”, Герман Бор.
Капитан крейсера „Змея” Герман Бор никак не мог забыть тот инцидент вокруг звезды Калисто, когда наши корабли чуть не превратились в космическую пыль, после того, как мы пытались увернуться от пяти крейсеров королевства Альфа Центавра. Тогда нам пришлось крепко форсировать события и скидать за борт весь балласт, отвлекая мусором наводящие боевые системы альфовцев. Крейсер „Змея” наиболее пострадал в том бою и Герман обвинил во всем Смита, так как это была его идея отключить защитное поле и перенаправить всю энергию, используемую для защиты, на атакующие системы наших крейсеров. На то время идея была дельной и я ее одобрил, просто мы ошиблись в расчетах. Мы не ожидали увидеть вокруг Калисто противника превосходящего нас в количестве. Так что если уж быть честным, то Герман должен был дуться на меня, а не на Смита.
- Герман, оставь в покое «Терминатора» то есть Смита и перенаправь свою энергию в конструктивное русло,- попытался угомонить капитана «Змеи» Ян Зальотный – капитан второго ранга крейсера «Кобра».
- Ну уж нет, это Смит у нас мастер перенаправлять энергию,- возразил Герман Бор.
- Ребята, разбудите, когда закончите свою дуэль,- пробормотал, делая вид усталого, сонного человека, специалист по контактам с иными формами разума Франсуа Клемансо. Толсячок-боровичок – так мы за глаза его называли.
- Ник, как у нас дела в медкомплексе? – вмешался я в перепалку.
- Все в норме, кэп, правда, на «Змее» возник недокомплект реаниматоров, пришлось перераспределять с остальных кораблей,- вкратце обрисовал ситуацию наш главный целитель Никита Соловьев.
- Черный рынок, черный рынок,
Черный рынок подо мной.
Я иду за медкомплектом,
Медкомплектом и иглой,- продекламировал стишок Соло.
- Уймись, Соло, контрабанда не моя стихия,- приструнил нейпрограматора Ник.
Ну что за команда! Одним словом – прелесть. Да с такими молодцами мы горы свернуть могли и воротили, было дело.
- Смит, у тебя действительно что-то дельное, или очередной треп? – задал я вопрос «Терминатору», хотя заранее знал, что тот выделывается.
- Кэп, я просто дал Герману возможность выговориться, а то смотрю, как бы он не взорвался от негодования по поводу моей персоны. А насчет повышения боеготовности, то повышать ее дальше некуда. Все и так стоит на пределе,- сказал Смит, чем вызвал скептические ухмылки всей команды. Этот раунд словесной дуэли был полностью за Германом Бором.
- Ну что ж, тогда всем по местам. Готовность к гипер-прыжку десять балов,- приказал я, мысленно сворачивая своды тронного зала древнего замка и одновременно выращивая командирский пульт всей нашей развед-эскадры.
- Аллюр три креста! – выпалил Соло, телепортируясь в рубку управления «Анакондой».
Покачав головой на такое откровенное мальчишество, следом за Соло телепортировался и главный целитель Никита Соловьев. Его место дислокации – медкомплекс, во время боя самое безопасное место, так как пребывание в нем делало человека практически неуязвимым для внешнего воздействия. Дело в том, что медкомплекс существовал в неком виртуально-реальном N-измерении, которое было сконструировано на основании измерений наших трех крейсеров. И если, не дай Бог, один из наших крейсеров будет уничтожен, медкомплекс не пострадает; уничтожение медкомплекса было возможно только в случае уничтожения всех крейсеров.
- После вас,- сказал Герман Бор мастеру силовых столкновений Кэролу Смиту.
- Типа дам вперед?- нахмурил свои редкие брови Смит, но тут же, загадочно улыбнувшись, сказал: - А я и не знал, что ты у нас шутник, милый,- и, не дав Герману возможности как-то ответить, наслаждаясь его удивленно-растеряным выражением лица, тут же телепортировался в рубку управления боевыми системами.
- Хек с ним,- проворчал Герман.
Я пожал руки капитанам крейсера «Змея» и крейсера «Кобра», посмотрел как Герман Бор и Ян Зальотный телепортируются и развернулся к пульту управления моего флагманского крейсера «Питон».
Вместе со мной остались Ли Чан, Андрей Никитич и Франсуа Клемансо.
- Отсчет окончен. Готовность к прыжку девяносто девять процентов,- безжизненным металлическим голосом сообщил компьютер.
- Прыжок,- приказал я.
Мрак на миг окутал мое сознание, так бывает всегда, когда скорость перемещения превышает световую в несколько раз. И первым, что я услышал, придя в себя, была древняя песня, в современной звуковой обработке, одна из любимых Соло.
- Моя звезда всегда со мной.
Моя звезда горит внутри
И говорит мне: - Подожди.
Постой чуть-чуть, еще немного.
Нам предстоит неблизкая дорога.
Моя звезда звучит в ночи
Ее огонь во мне пылает, но свет ее не озаряет
Лучи звезды меня не греют
Она ведет меня на крайний север.
И никогда не скажет: - Да.
Не понадеется на чудо,
Не подарит капли света,
Никому не даст тепла.
И я люблю ее за это,
И я люблю ее за это,
Но моя звезда мне безответна.
Моя звезда блестит в груди.
Она рискует круг за кругом.
Мы летим вдвоем,
Поем о том, о сем.
О том как проплываем крайний север.
И все тюлени, все киты,
Звезду завидев горько плачут.
Она не светит никому,
Она не греет никому,
Она приводит всех
К заветной цели.
И говорит: - Прости, прощай.
Я покидаю этот край.
И повторяет каждый раз
Один и тот же свой рассказ.
Как улетает от меня и покидает навсегда
Вот так моя звезда меня хоронит.
Песня звучала, а на экране внешнего обзора разворачивалась прекрасная для первооткрывателя картина неизведанной и таинственной звезды. Хотя мы были от нее на расстоянии одного светового года, но уже сейчас могли оценить все прелести нашей звездочки.
- Красавица,- высказал общее мнение Соло.
- Что ты сказал?- спросил я, так как голос Соло вырвал меня из состояния мечтания по поводу будущего этой «малютки». В тот момент я как бы мысленно представил все этапы космического обустройства нового мира, центром которого и станет наша красотка. Я представлял, как прилетят тяжелые нагруженные спецаппаратурой корабли-строители, а с ними вооруженные мощнейшим оружием, которое только способен изобрести человеческий разум корабли-охранники и начнется творение новой планетарной системы. Что-то типа: «Да будет свет» , «Да будет твердь» , «Да будет вода и суша» и т.д.
- Кэп, я говорю красивая. Кстати неплохое название для звезды.
Может тому виной песня, звучавшая в эфире по прихоти Соло, но лирическое настроение упорно не хотело покидать мой прагматичный мозг. Я вспомнил, что в нашей Галактике более 100 млрд. звезд. Около 64% из них занесено в каталоги, а остальные безымянны и даже несчитаны. Однако у всех ярких звезд и даже у многих слабых кроме научного обозначения есть и собственное имя; эти имена они получили еще в древности. Многие из ныне употребляющихся имен звезд, например, Альдебаран, Алголь, Денеб, Ригель и др., имеют арабское происхождение. Сейчас астрономам известно около трех сотен исторических имен звезд. Часто это названия частей тела тех фигур, которые дали название всему созвездию: Бетельгейзе (в созвездии Орион) – «плечо гиганта», Денебола (в созвездии Лев) – «хвост льва», и т.д.
Еще в конце XVI в. до звездной эры, астрономы столкнулись с необходимостью иметь обозначения для всех без исключения звезд, видимых невооруженным глазом, а позже – в телескоп. В прекрасно иллюстрированной Уранометрии Иоганна Байера, где изображены созвездия и связанные с их названиями легендарные фигуры, звезды впервые были обозначены буквами греческого алфавита приблизительно в порядке убывания их блеска:  – ярчайшая звезда созвездия,  – вторая по блеску, и т.д. Когда не хватало букв греческого алфавита, Байер использовал латинский. Полное обозначение звезды по системе Байера состоит из буквы и латинского названия созвездия. Например, Сириус – ярчайшая звезда Большого Пса (Canis Major) обозначается как  Canis Majoris, или сокращенно  CMa; Алголь – вторая по яркости звезда в Персее, обозначается как  Persei, или  Per.
Позже Джон Флемстид (1646–1719), первый Королевский астроном Англии, занимавшийся определением точных координат звезд, ввел систему их обозначения, не связанную с блеском. В каждом созвездии он обозначил звезды номерами в порядке увеличения их прямого восхождения, т.е. в том порядке, в котором они пересекают небесный меридиан. Так, Арктур, он же  Волопаса ( Bootis), обозначен по Флемстиду как 16 Bootis. На современных картах звездного неба обычно нанесены древние собственные имена ярких звезд (Сириус, Канопус,...) и греческие буквы по системе Байера; обозначения Байера латинскими буквами используют редко. Остальные, менее яркие звезды обозначают цифрами по системе Флемстида.
По мере публикации все более глубоких каталогов звездного неба, содержащих данные о более тусклых звездах, в научную практику регулярно вводятся новые системы обозначения, принятые в каждом из этих каталогов. Поэтому весьма серьезную проблему представляет кросс-идентификация звезд в разных каталогах: ведь одна и та же звезда может иметь десятки различных обозначений. Создаются специальные базы данных, облегчающие поиск сведений о звезде по различным ее обозначениям; наиболее полные такие базы поддерживаются в Центре астрономических данных Великой империии.
Некоторые выдающиеся (но отнюдь не самые яркие) звезды нередко называют именами астрономов, впервые описавшими их уникальные свойства. Например, «Летящая звезда Барнарда», названа в честь американского астронома Эдуарда Эмерсона Барнарда, обнаружившего ее рекордно быстрое собственное движение на небе. Следом за ней по скорости собственного движения идет «звезда Каптейна», названная в честь обнаружившего этот факт нидерландского астронома Якобуса Корнелиуса Каптейна. Известны также «гранатовая звезда Гершеля» ( Cep, очень красная звезда–гигант), «звезда ван Маанена» (ближайший одиночный белый карлик), «звезда ван Бисбрука» (светило рекордно малой массы), «звезда Пласкетта» (рекордно массивная двойная звезда), «звезда Бэбкока» (с рекордно сильным магнитным полем) и еще некоторые, в общем – около двух десятков замечательных звезд.
- Красивая – звучит,- поддержал идею Соло Ли Чан.
- Ну что ж отныне мы именуем ее Красивой. Тем более что эти J-5, Т-346 и иные шаблонные названия мне уже порядком надоели,- согласился я, отметая мое лирическое настроение, переходя на прагматичный лад. Вот тут все и началось.
- Ник, покажи нам ее истинное лицо,- приказал я Соло.
- Нет ничего проще, кэп,- отозвался Соло и через миг, с помощью «Анаконды», световой год разделяющий нас испарился, а звезда – исчезла.
- Не может быть!
- Как это понимать?!
- Соло, это твои шуточки?!
- Кэп, я сам в шоке.
- Уил, советую остановиться и продумать ситуацию. Малейшее продвижение грозит непредсказуемыми последствиями.
- Крейсерам «Змея» и «Кобра» боевая готовность номер один. Двигатели на ноль. Всем офицерам срочный сбор в медкомплексе. Доложить об исполнении.
- Крейсер «Змея» есть боевая готовность номер один. Есть двигатели на ноль.
- Крейсер «Кобра» есть боевая готовность номер один. Есть двигатели на ноль.
- Команде крейсера «Питон», говорит капитан Уилсон Редли Беринг, код 345ТМ, боевая готовность номер один, код 3. Доложить готовность по отсекам.
- Отсек локации есть готовность один.
- Отсек внешней защиты есть готовность один.
- Отсек внешней разведки есть готовность один.
- Орудийный отсек есть готовность один.
- Отсек Красного Креста есть готовность один.

Падение в бездну.
- Этого не может быть! Звезда ведь природная саморегулирующаяся система. Если мощность энерговыделения в ядре звезды не может компенсировать излучение энергии с поверхности, то звезда сжимается под воздействием гравитации. Но здесь… - и Соло умолк, в замешательстве рассматривая открытый космос на месте звезды.
- Если только… - начал было Смит, многозначительно поглядывая на нейронити.
- Никаких если! Я ручаюсь за «Анаконду», - тут же встрял нейропрограматор.
- Народ, в первых десятилетиях космической эры существовала теория, на которую я, роясь в историческом банке памяти, набрел совершенно случайно. Делать было нечего, вот и рылся. Так вот, согласно этой теории, пространство - это устойчивое существование, отрицающее точку, вот почему точка смещается. И только во времени она обладает действительностью, - Андрей Никитич, как опытный лектор в этом месте сделал эффектную паузу, и продолжил - Если взять нашу звезду за точку, тогда то, что мы видели перед тем как звезда исчезла, есть непроизвольное движение звезды . А то, что мы видим сейчас – неустойчивое существование пространства. Иными словами, поздравляю мы в черной дыре.
Черная дыра – пространство, имеющее настолько сильное гравитационное притяжение, что ни вещество, ни излучение не могут его покинуть. Чтобы уйти с черной дыры космическая скорость тела должна была бы превышать скорость света. «Горизонтом событий» черной дыры называют границу области, за которую не выходит свет. Никакой носитель информации не способен выйти из-под горизонта событий, поэтому внутренняя часть черной дыры причинно не связана с остальной Вселенной. Однако, вещество и излучение, падающие снаружи на черную дыру, свободно проникает внутрь через горизонт. Иными словами, черная дыра все поглощает и ничего не выпускает.
- Так в чем дело? Двигатели на максимум и… - начал было Смит, но его оборвало сообщение из отсека внешней разведки крейсера «Питон».
В сигнале говорилось следующее "На сто восемьдесят градусов наблюдаются флуктуации пространства характерные для энергогабаритных крейсеров. Противник опознан как чужой. Расстояние к цели входит в зону орудийного поражения противника. Материализация противника ведет к полному уничтожению. Принять меры к пространственному отрыву".
- Повторить сигнал,- приказал я в полной тишине.
"Противник материализован. Противник неопознан. Энергетическая мощь противника значительна. Противник начал боевое построение".
- Всем крейсерам, полный вперед,- реакция членов команды на этот мой приказ была для меня прогнозируемой. Я уже говорил, что под рукой у меня собрались неглупые люди, так что просчитать такой вариант моего приказа, как прыжок в бездну, для них не составляло особого труда. При этом каждый был занят своим делом и небыло здесь ничего такого, что обычно показывают в мелодраматиксе. Мы знали на что идем. Позади верная гибель в анигиляции, впереди непознанная жуть, влететь в которую нам предстояло. Одним словом: "Да здравствует черная дыра",- сказала мышь, прыгнув в норку.
- Доложить исполнение, - выдохнул я очередной приказ.
- Кап два "Змея", есть полный вперед.
- Кап два "Кобра", есть полный вперед.
- Команде оставаться в медкомплексе. Капитанам крейсеров "Змея" и "Кобра" перенести управление крейсерами в медкомплекс.

Вокруг царила тьма. Она сильно давила на глаза и не было никаких малейших отблесков света. Даже в пылевом мешке света было больше, чем здесь. Поначалу я подумал, что умер, но само существование мысли перенесло меня из категории мертвых в категорию живых.
- Терпеть не люблю тьму,- проворчал я.
- Нелюбовь к тьме это атавизм, кэп. Так сказать, подарок от первобытных людей,- услышал я приободряющий голос Никиты Соловьева.
- Все целы? - немного позже спросил он.
- Займусь-ка я освещением,- этот бас-труба Иерихона, как однажды высказался о голосе Кэрола Смита Соло, спутать было невозможно.
- Плюс один,- откоментировал целитель.
- Соловей, ты не мог бы вкатать...
- Молодой человек, вкатывают только в реанимационную и анигиляционную камеры, - не дал развить Соло бурную деятельность Соловьев,- Плюс два.
- Меня зачисли в плюс три,- со смешком отозвался Франсуа Клемансо.
- А меня в плюс четыре, - отозвался Ли Чан.
- Кэп, я на "Змею",- услышал я Германа Бора.
- А я на "Кобру", - вторым номером отозвался Ян.
- Поосторожней там, мало ли в какую мясорубку попал экипаж, в общем держите ухо востро,- предупредил я капитанов.
- Вводную принял,- ответил Ян.
- Только туда и обратно,- сказал Герман.
Когда Смит разобрался с освещением, я задал вопрос важный для всей команды.
- Начнем разбор полетов,- сказал я,- Первый вопрос: где мы?
- Уил, вопрос скорее не в том, где мы, а - когда? Существует теория,- начал Андрей Никитич,- представляющая черную дыру как открытое прошлое. Если взять, к примеру, смещение точки, в нашем случае звезды, то, согласно этой теории, прошлое - это то состояние точки, когда будущий угол смещения точки не уменьшается (остается в 360˚, то есть постоянно вращается), а будущее время смещения не увеличивается (то есть оно равно нулю). Следовательно, прошлое точки образно можно изобразить в виде вращающегося вихря, застывшего во времени. И мне представляется вероятным, что такой "вихрь" очень похож на черную дыру.
- Час от часу не легче.
- Кэп, Аня отыскала в этой тьме близко от нас планетарную систему,- с гордостью в голосе за свою подопечную, произнес Соло. Аней Соло называл в периоды удовлетворения нейросеть Анаконду.
- Почему тогда мы ее не видим? - спросил Франсуа.
- Действительно, визуально звезду мы должны были бы наблюдать, а вокруг тьма,- сказал Ли.
- Возможен такой вариант,- сказал я,- Как мы знаем, в обычном состоянии в условии звездных недр поле излучения почти изотропно. Тоесть, интенсивность излучения идущая от центра звезды чуть больше, чем интенсивность идущая в центр. Здесь же интесивность излучения звезды по всем направлениям строго одинакова. В изотропном поле количество излучения, вытекающее через сферу произвольного радиуса, равно количеству втекающей внутрь этой сферы энергии. Поэтому звезда не излучает, и увидеть ее мы не можем. Вот только до сих пор это представлялось разделом теории.
- Как и то, что черная дыра - открытое прошлое,- заметил Андрей Никитич.
- Соло, ты говорил планетарная система. Дай, пожалуйста, расчет по количеству планет и их траектории,- попросил я.
- Кэп, здесь только одна планета. Аня скинула вам траекторию и продолжает анализ.
- Молодца! Да, сильна малышка, найти в черном квадрате нечто, это да... Так-с, посмотрим. Судя по траектории планета естественного происхождения.
- Кэп, я не советую туда лететь. Это опасно. Темные планеты имеют наивысший рейтинг конфликтно-кооперативного континиума.
- Согласен с вами, Андрей Никитич, но на то мы и даль-разведка, чтобы увидеть опасность и поплевать ей в глаза.
- Хорошо сказано, капитан,- одобрил мою речь мастер силовых столкновений.
-Капитаны все слышали? Как состояние ваших экипажей? У меня в норме.
- Я за, кэп. На "Кобре" все в норме,- появился в медкомплексе Ян Зальотный.
- Клоны и железо в норме. "Змея" готов к работе,- доложил Герман Бор.
- Тогда решено. Экипажу крейсера "Питон" курс на координаты. Крейсерам "Кобра" и "Змея" курс на координаты. Доложить исполнение.

Черная планета.
- Не спешите, Смит. Подождем еще чуть-чуть и будем взламывать,- даже голос в этой морозной тиши звучал осыпающимся стеклом от удара, либо хрустел, как раздавленный сапогом осколок.
Техника колоидного света, используемая на черных планетах позволяла отвоевывать у тьмы небольшие участки. По светимости свет был не очень ярок, а по спектру смещался в оранжевый фон.
Со стороны вероятных зрителей планеты я, Смит, Чан и Клемансо, наверное, казались четырьмя сгустками оранжевого света. На нас были надеты современные телоиды без изъянов отображающие наши фигуры, но, как по мне, все портили вакуумные маски, позволяющие вырабатывать кислород даже из открытого космического пространства. Когда мы собирались в развед-рейд, на масках настоял Андрей Никитич.
То, что на планете присутствует, либо присутствовал разум было ясно и без специалиста по контактам с иными формами разума. Когда мы приземлялись, чтобы установить телепорт, нейросеть доложила о существовании в радиусе видимости нескольких "городов". В наш век о городах напрочь забыли с изобретением телепортации. Приземлившись, мы очутились на большом открытом пространстве, покрытом льдом, по боках которого возвышались шпили древних зданий далекого двадцать первого века до звездной экспедиции. Хронофотоапарат, присутствующий в нейросети, показал нам очень интересную визуализацию событий, происходивших на этом пространстве сто лет назад. Хотя некоторые и до сих пор не верят в то, что нейросеть способна заглядывать в прошлое. Неверующие привыкли пользоваться относительно стационарными "хронотопами", как мы их называем. Хронотопы работают преимущественно на планетах, прадедом их был огромный, даже по современным меркам, аппарат, состоящий из суммы пролапсирующих коллайдеров в конечной точке регенерирующих энергию, мало эффективный с точки зрения взгляда в прошлое, но снабжающий энергией всю планету, единственную на то время, Землю. Прадедом же хроновзгляда, работающего в нейросети, был хронотоп. Как говорится, почувствуйте разницу.
Так вот, хроновзгляд показал нам людей, стоявших на площади, так подсказал нам историограф название пространства, на котором мы ныне находились, и глядевших на свое небесное светило. Что характерно у местной звезды пропала корона, поэтому лица аборигенов, как выразился Франсуа, выражали ужас. Площадь была старинная. Здесь было на что посмотреть.
В первую очередь бросались в глаз старинные сверкающие аппараты, работающие на энергии звезды. Они стояли у стоек из кремния, повышающего мощность зарядки аппаратов. Здания, окружающие площадь, были увешаны шарообразными, по функциональному назначению смахивающими на аромотерапевты, аппаратами с изображениями местной флоры и фауны. Сами здания имели украшения мозаик из местных разноцветных твердых материалов. На одной из таких мозаик была отображена сценка растущего ввысь цветущего растения-эндемика. Контраст между красотой окружения и состоянием толпы был разительным.
Я искренне посочувствовал этим людям. Когда у звезды пропадает корона - это плохо, это очень плохо.
Дело в том, что напротяжении нескольких миллионов лет недра звезды находятся в переходном состоянии, но наступает такой период, когда постепенное накопление неустойчивости внутри звезды ведет к быстрому скачкообразному перемешиванию вещества в ее недрах. Фотонам света, образовавшимся в центральных областях звезды, требуются миллионы лет, чтобы просочиться наружу и выйти в межзвездное пространство. Поэтому светимость звезды остается прежней в то время, когда энерговыделение в ее центре, обусловленное ядерными реакциями ведет за собой быстрое расширение ядра звезды, ведущее к отсутствию короны. А как известно корона звезды порядком ярче самой звезды. Поэтому, если этот процесс затягивается, то планеты, вращающиеся вокруг звезды, ждет оледенение. А если бы у этой планеты присутствовал спутник, и было бы затмение, то такой процесс на планете наблюдался бы как будто некто взял и выключил свет. У этой планеты спутника небыло, но в яркий солнечный день светимость понизилась как при затмении.
Франсуа тут же начал поиск семантического ключа к письменным знакам аборигенов. Результатом его кропотливого труда стало открытие некоего подобия планетарного информатория.
И сейчас мы стояли перед оледенелыми дверьми информатория черной планеты в надежде получить некоторые ответы на наши вопросы. Клемансо нащупал сигнальную систему, открывающую двери. В то время как Смит, не особо рассчитывая на удачные действия Франсуа, приготовился таранить двери. В этом был резон, поскольку оледенение дверных створок было очень сильным. Мы подождали, но реакции на действия Клемансо не последовало.
- Начинайте, Смит,- дал я разрешение действовать "Терминатору".
- Есть, кэп, - козырнул Кэрол Смит и мощным ударом ноги высадил толстые створки дверей.
- Неплохо,- прокомментировал действия "Терминатора" Ли Чан.
- Прошу всех внутрь,- картинным жестом пригласил нас Смит.
Помещение было меньше, чем казалось снаружи. Здесь небыло никаких признаков хранения информации и никаких источников хранения. Ни бумажных, ни энергетических, ни кристалов памяти. Ступеньки от входа ведущие вверх, заканчивались круглой каменной площадкой на которой мы увидели четыре сидящих мумифицированных детских тела пятилетнего возраста. Визуально в оранжевом свете трудно было определить, живы ли они или нет. Сам факт контакта с представителями черной планеты был поразительным, но что поразило нас больше всего, так это глаза. Глаза этих существ были открыты и они были явно не детскими.
- Эти глаза - это глаза тысячелетних стариков! - в изумлении воскликнул Клемансо.
- Добро пожаловать на Сатьялоке, деваны, - услышали мы голос одного из существ. Оно отлично знало как устроен мозг человека, поэтому предпочитало прямой телепатический контакт. Причем этот голос услышали мы все.
- У нас мало времени, деваны, вы открыли двери, значит скоро прийдет ракшас. Поэтому прошу извинить нас, а также прошу помощи. Как вы уже знаете, наше светило перестало излучать, а наша планета погрузилась в абсолютную тьму. Мы знаем, что таже участь постигла и ближайшие к нам благочестивые планеты вселенной Джаналоке и Таполоке. Хотя наши светила не излучают, но мы знаем, что там далеко-далеко есть звезда, вокруг кружится планета. Там свет, там много света. Так, что зимой не видно снега, и звезды не видать с вершин. Жители этой планеты вайкунтхи.Они не ведают тревоги, для них не существует рождения, смерти, старости и болезней. Они имеют четыре руки и они равнодушны к чувственным удовольствиям. Цель их жизни служить Верховной Личности Бога. Мы хотим просить вас спросить у вайкунтхов: почему не излучают наши светила и как вернуть им жизнь? А теперь задавайте ваши вопросы, но помните, времени мало.
- Где мы? - спросил я.
- В благочестивой части вселенной, - последовал ответ.
- Кто вы? - спросил Клемансо.
- Мы прошлое и будущее этих планет, мы хранители. Мы бессмертны и чтобы не сойти с ума, не покончить с собой, приносить пользу человечеству, служим информаторием, последней инстанцией правдивой информации. Мы ангелоиды.
- Кхм, вы говорили: "прийдет ракшас". Кто такой ракшас? - спросил Смит.
- Когда непроявленная деятельность живых существ и сила времени вывели из равновесия конгломерат трех гун материальной природы, на свет появилась совокупность материальных элементов. Совокупность породила ложное эго, существующее в трех формах. Из эго, в свою очередь, возникло несколько групп, состоящих из пяти элементов. Поскольку каждый элемент в отдельности не способен создать материальную вселенную, они с помощью энергии Верховной Личности бога объединились и произвели на свет сверкающее яйцевидное тело. Более тысячи лет оно было спокойным, но после того как Вишну вошел в него, засияло, словно тысяча солнц и первым живым существом, появившимся из него был всемогущий Брахма. Когда Верховная Личность Бога вошел в серце Брахмы, он наделил его разумом, и тогда Брахма начал с того, что из собственной тени сотворил оболочки невевжества, покрывающие каждую душу. Первой является оболочка гнева. Вторая оболочка держит живое существо под впечатлением, что со смертью его тела ему приходит конец. В третьей оболочке живое существо не знает о существовании духовной души. Четвертая оболочка - безумная жажда материальных удовольствий. Содрогнувшись от отвращения, Брахма покинул тело, состоящее из гуны невежества. Пользуясь случаем, якши и ракшасы набросились на это тело принявшее форму ночной тьмы, в надежде завладеть им. Ночь является источником голода и жажды. Измученные голодом и жаждой, они бросились к Брахме, готовые растерзать его. "Не щади его! Ешь его!" - кричали они. Не на шутку обеспокоившись, Брахма, взмолился: "Не ешьте меня, а возьмите под свою защиту. Рожденные от меня, вы являетесь моими сыновьями, поэтому отныне вас станут называть якшами и ракшасами". Тех, кто хотел съесть Брахму, стали называть якшами, а тех, кто призывал к беспощадности, - ракшасами.
Как противник любой из ракшасов вам не по зубам, деваны. Перворожденные тьмы не по зубам и нам, хранителям благочестивых планет. Поэтому мы встречаем вас в детских телах. Ракшас бестелесное существо и, как и все лишенные тел, стремится к ограничению своего неимоверного могущества в виде телесной оболочки. И только Божья длань с Диском Гнева способна отринуть вселившегося в тело ракшаса.
- Уил, уходите оттуда,- услышал я взволнованный голос футуролога.
- В чем дело, Андрей Никитич?
Полуистеричный крик был ответом на мой вопрос.
- Уходите быстро! Под вами... - связь оборвалась. То, что было под нами вышло наружу.
Казалось милиарды частиц темнейшего пепла покрыли наши ноги. Пыль поднималась вверх все выше и выше, но свет, исходящий от наших тел, пока не давал темному пылевому облаку покрыть нас целиком.
- Уходим, - приказал я.
Мы начали медленно и осторожно пробираться к выходу. Впереди Ли Чан, за ним Франсуа Клемансо, затем я, а замыкал наше вынужденное отступление Кэрол Смит.
В это время трансформация пылевого облака продолжалась. Я видел, как частицы тьмы липли друг к другу, образовывая нечто похожее на чернильные капли, причем там, где свет, исходящий от телоидов чертил грань видимости, процесс проходил почти моментально. Но вот капли на миг зависли и тут же ринулись в сторону существа, разговаривающего с нами.
Прежде чем капли острыми иглами впились в пятилетнее тело тысячелетнего существа, оно успело транслировать нам телепатогамму: "Бегите! Найдите! Спасите!", - и четкий образ пути к системе вайкунтхов.
- Бежим! - не успели слова сорваться с моих губ, а моя команда уже улепетывала во всю прыть к телепорту.

Вайкунтхи.
- Андрей Никитич, я все хотел у Вас спросить: почему уровень конфликтно-кооперативного континиума на темных планетах наивысший?
- С удовольствием отвечу на ваш вопрос, Уил. Все дело в человеке. Известно, что свет имеет давление. В своем подсознательном противостоянии этому давлению, человек создал сложнейшие социальные институты. На темных планетах давление света отсутствует, поэтому человек раскрепощается. Раскрепощение человека приводит к тому, что социальные институты дают трещину, начинаются конфликты, в первую очередь, в среде самих исследователей черных планет. Уровень раскрепощения зависит от того, какого качества исскуственного света несет с собой человек. Поэтому нам еще повезло, что мы встретили на планете врага.
- Кстати, о враге. Аня идентифицировала темное тело, летящее за нами приблизительно с той же скоростью, - доложил Соло.
- Ракшас? Покажи.
Соло развел руки, кристализируя окно. В окне по черному вакууму плыло темнейшее пятно.
- Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел… - прокомментировал Ли Чан.
- Что? – спросил Смит.
- Древнерусская поговорка, - пояснил Ли.
- Франсуа, как продвигаются исследования по этому типу жизни? – спросил я.
- Капитан, этот «тип жизни» пока не поддается анализу. Единственное что я могу сказать: он темнее тьмы, не любит свет. Может принимать любую форму. И как стало известно только сейчас, может лететь в открытом космосе с той же скоростью, что и крейсеры класса «А».
- А еще этот «тип жизни» оттяпал ребенку голову, не моргнув и глазом, потому что у него и глазов нет, или все же глаз нет. Как правильно? – встрял Соло.
- Врешь, Соло. Не оттяпывал он никому головы. Я там был и видел, как он проник внутрь тела. Жуткое зрелище,- заявил Ли Чан.
- Кэп, может двинуть по этому «типу жизни» из всего что имеем?! – загораясь воинственным пылом, воскликнул Кэрол Смит.
- Не советую, капитан, ангелоид рассказывал о ракшасах. На его вопль могут слететься другие такие же «типы», - возразил Андрей Никитич.
- Согласен с вами, Андрей Никитич. Расстояние к нему не уменьшается. Пускай летит. Притащим его с собой к вайкунтхам. Там много света, – принял я решение.
- Франсуа, а что там насчет Брахмы плел этот ангелоид? – поинтересовался Ян Зальотный.
- Спасибо за вопрос Ян. Это древнеиндийская легенда и над этим тоже следует подумать. Что делает она в этой части вселенной?
- Да здесь все древнее. И ангелоид, и ракшас этот… - пробурчал Ян.
- Кэп, Аня засекла темное тело на 30 градусов. И еще одно. Кэп, этих ракшасов здесь дозвездеца! Аня занялась подсчетом… - воскликнул Соло, когда мы подлетали к светлому сиянию в кромешной тьме.
- Отставить подсчет. Пусть лучше займется прокладкой безопасного маршрута к планете, - приказал я.
Движение наше к планете напоминало мешанину из настолько ломаных линий, что, когда мы вклинившись между двумя ракшасами, как пробка из бутылки влетели в планету, любоваться ее сияющим светом было некогда.

Я посадил нашу эскадру в том месте, которое было выгодно вайкунтхам, но казалось, что место посадки выгодно нам. В итоге вайкунтхов мы так и не увидели, а оказались на передовой их разборок в роли пешки. Как ни прискорбно это сообщить читателю моего мыслефона, но вайкунтхи оказались вовсе не такими высшими существами.
По косвенным данным, они действительно имели четыре руки, но истинноверующие вайкунтхи не передвигались. Возможно, это мои рассуждения, причина в том, что в своем эволюционном развитии они сделали главный упор на религию. Религия требует спокойствия и душевной концентрации и в этом никто не справился лучше вайкунтхов. Их душевная концентрация была настолько сильной, хотя слово сила здесь не очень гармонично отображает процесс, но все же, это они заставляли планету светиться. Это они держали на расстоянии полчища ракшасов, кружащих вокруг планеты. В то время как религия – стремление к спокойствию и концентрации, наука – стремление к движению вперед. Среди вайкунтхов не все имеют четыре руки. Их жены, очень красивые существа гуманоидного типа, двигались как люди и имели для этого движения все, что положено для людей. Так вот некоторые вайкунтхи отказались от религиозного рвения и соорудили цитадель. Нашей первой задачей было узнать, что происходит в Цитадели, взамен мы получали знание возрождения звезд.
Отряд состоял из шести клонов-разведчиков, седьмым в отряд был включен и я, вот только в отряде об этом никто не знал. Перед отрядом была поставлена задача: проникновение в Цитадель, сбор данных.
Мы шли налегке по скалистой местности. Ветра почти не было. Мимикрирующие костюмы на этой планете не действовали. Было светло, здесь всегда светло. Условие выполнения задачи – отсутствие жертв среди защитников Цитадели. Вайкунтхи терпеть не могут насильственную смерть. Первое препятствие – склон покрытый льдом, обрывающийся в пропасть. Командир отряда послал вперед замыкающего. По идее, наши ботинки были приспособлены к движению по скользким поверхностям. Вот фигурка клона ступила на лед и, не удержав равновесие, полетела в пропасть. Произошло вот что: древняя порода склона просела под действием веса клона, ускользнув из под надежного крепления ботинок. Мысленно я записал очко в пользу командира.
- Кольцо! – крикнул командир.
Парашют раскрылся. Фигурка замедлила падение.
- Спасибо, ребята, всегда мечтал о полете, - услышали мы признание парящего над пропастью клона-разведчика. Для меня это было открытием – мечтающий клон.
- Короткий путь закрыт. Пойдем длинным, - сказал командир и свернул к узкой тропинке, по спирали поднимающейся вверх к Цитадели. Отряд остался стоять на месте. Тропа всюду просматривалась и никакая маскировка здесь была неуместна. Но у командира были свои соображения, раз он принял такое решение. А вот отряд растерялся, так как, по их мнению, такое решение граничило с провалом в глазах высших.
Я нагнал командира отряда.
- Командир, командуй! – приказал я, положив руку на плечо клона.
Тот развернулся. Посмотрел на меня холодно и отстраненно. Но меня такие взгляды уже давно не смущают. И здесь я, кажется, допустил промашку, так как этот клон понял с кем имеет дело.
- Отряд! За мной! – приказал он.
Подъем по тропе был труден не столько физически, сколько психологически. Я все время ощущал давление, что вот-вот сейчас как жахнут по нам… Но время шло, а ничего не происходило. Цитадель оказалась прямоугольным каменным строением с плотно подогнанными каменными блоками. Вокруг сооружения стояла низкая, по пояс, металлическая сетка. И нас уже встречали. Встречали обычные люди с древними автоматами в руках, стреляющими пулями.
Одного клона из нашего отряда отдачей от прямого попадания вышвырнуло с тропы. Он понесся по склону вниз, пытаясь ухватиться за деревья, росшие на склоне. Но деревья были слишком толстыми, чем-то похожими на сосны, и ухватиться у него так и не получилось.
Дальше досмотреть, что случилось с клоном, стало некогда. Пришлось срочно залечь за небольшим бугорком возле тропы. Я понимал, что это ненадежное укрытие временное, и пролежим мы здесь до тех пор, пока они не подойдут ближе. Понимал это и командир нашего отряда.
- Всем вниз, - приказал он, и первым, лежа на спине, понесся вниз по склону.
Я был вторым. Падение мое было удивительно тем, что я примечал малейшие детали, как то зеленую траву на склоне. Сосны. Песчаный обрыв и пятнадцатиметровое дерево, растущее под ним. Причем пока я падал, успел увидеть, вверху дерево покрыто чем-то вроде инея. Внизу дерево толстело и резко выпирало, так что я чуть не шмякнулся об этот нарост. Падение остановилось на покрытой снегом ледяной корке, отходящей от растущего дерева и песчаного обрыва метров на двадцать, за этой же коркой пенился бурунами местный океан.
Командир развед-отряда клонов протер рукой снег, чтобы посмотреть, какова толщина ледяного покрова, но увидел под ногами не лед, а нечто напоминающее твердое желе. Теперь стало понятно, что это за иней был на дереве. Отходы сливали с Цитадели, но вот сколько лет это длится? Мне стало не по себе. А вдруг произойдет очередной слив отходов?
Этим же вопросом, наверное, задался и командир. Поэтому, взяв пробу отходов, он приказал пришедшему в себя отряду клонов: - Уступом вверх.
Подъем по песчаному обрыву проходил быстро. За несколько минут мы преодолели пятнадцать метров отделяющих нас от верха обрыва.
Наверху нас встречала идиллическая тишина. Автоматчиков нигде не было. Продолжать развед-рейд было бессмысленно, поэтому я приказал возвращаться на базу. Главное мы узнали – Цитадель причастна к сбросу отходов, а по составу этих отходов мы можем уверенно сказать, чем занимается Цитадель.
- Чистой воды авантюра, Уил, - такой была реакция на мой рассказ о прошедшей операции Франсуа Клемансо. Специалист по контактам с иными формами разума занимался исследованием эволюционного развития вайкунтхов и я напросился к нему в помощники с целью… Да я просто хотел поделиться соображениями.
- Ты посмотри на эти здания. Правильная сферическая форма, циклопическая кладка, о такой форме я мечтал при строительстве своего дома, а здесь они это делали руками, причем, посмотри, как сделано, стыки наномилимитровые, вот это чувство дистанции, - ахал Франсуа, измеряя каменное полуразрушенное здание, находящееся на плато неподалеку от нашей базы.
- Мечтающий клон говоришь, - немного погодя сказал Франсуа, когда мы присели на осколке циклопической кладки весом в несколько сотен тонн.
- Да, мне самому это показалось странным, - ответил я.
- А ведь это проблема, капитан. Такое поведение говорит о мутации генома клонов, программирование на отсутствие самостоятельности, наглядно демонстрирует сбой. Клоны стают более самостоятельными. Будь мы где-нибудь в нашей части вселенной, я б советовал срочную замену партии клонов. Понятно на выращивание новой партии ушло бы некоторое время, но у нас всегда была возможность связи с центром в случае провала. Здесь же в сложившихся обстоятельствах нам нужны живые элюминаты.
- Не думаю что это серьезно, - возразил я. Мое возражение базировалось на знании того, что в нестоль отдаленном прошлом наш толстячек-боровичек был активным борцом за права клонов. Эта возня под громким названием борьба за права в нашей империи миров то вспыхивала, то затухала периодично в несколько сотен лет. Нынешними борцами считалось, что любой мечтающий клон подлежит списанию на вновь созданные планеты как человек.
- А вот вы где. А я вас ищу.
- В чем дело, Соло?
- Кэп, Никита просил зайти в медкомплекс. И Андрей Никитич тоже хотел поговорить с вами с глазу на глаз.
- Хорошо, Соло. Вот только зачем было тебя от работы отрывать? Не могли по связи сказать?
- Вот и я думаю, кэп. Темните вы все что-то последнее время. Все в тайнах и тайнах, только у бедняги нейропрограматора никакой тайны нет. Аж обидно.
- Ну, ты же знаешь, Соло. Чем выше пост, тем больше тайн. Ничего потерпи чуток, скоро все станет на свои места. Ты иди я скоро буду.
- Уил, задержитесь, пожалуйста, - остановил меня Франсуа, когда я уже собирался с ним попрощаться. Выглядел он при этом несколько растерянным.
- Это по поводу тайн. Не знаю говорить ли это остальным, но эта Цитадель…
- Продолжайте.
- Вообщем она очень сильно похожа, я бы даже сказал, идентична с одним шумерским городом в Междуречье на главной планете империи Земле.
- Тоесть вы хотите сказать, что мы на Земле?
- Сейчас я вам покажу, а вы уж сами думайте. Вот посмотрите – это древнешумерский город Самаль. Он также расположен на возвышении. Имеет то же идеально круглое ограждение, в отличие от здешней Цитадели, ограждение у него уже каменное. Имеет ту же ориентацию по сторонам света. И северо-западное расположение комплекса. Посмотрите на план центральной части города – идентично.
- Да, пожалуй, придержите эту информацию. Если мы на Земле, то уж в очень древние времена, когда вокруг Солнца вращалась только одна планета.
- Садитесь, кэп, в ногах правды нет, - пригласил Никита Соловьев, взглядом наливая в искрящие бокалы вино темно-красного цвета.
- В заднице правды тоже нет, - пробурчал я, принимая бокал с вином.
- Капитан не в настроении?
- Капитан немного устал. Только и отдохнул, что в развед-рейде с клонами.
- Понимаю. Как прошла разведка?
- Было весело. Никита, чего звал?
- По поводу той бодяги, которую вы притащили с Цитадели.
- И? Соловьев, не тяни кота за хвост.
- Бодяга вызывает ухудшения настроения, но это только побочный эффект. Главное в том, что она состоит из ничего.
- Тоесть, ее нет, что ли?
- Да нет, бодяга – это ухудшенное настроение в чистом виде. Над созданием таких настроений уже который век бьются наши целители, а здесь… Капитан, я не знаю, как они этого достигли? И это только отходы, как вы говорили после развед-рейда. Ведь отходы?
- Да. Это отходы деятельности Цитадели. Погоди, Никита, как это ухудшенное настроение, ведь оно имеет цвет, и форму, ведь как-то нам удалось взять пробу.
- И это странно, кэп. Вам повезло, что на этой бодяге оказался снег, иначе…
- Умеешь поднять настроение. Еще одна загадка.
- Еще одна?
- Не бери в голову, продолжай анализ этой бодяги.
- Капитан, вайкунтхи передали нам технологию восстановления звезд. Они знают о прошедшем развед-рейде, в то время, как меня вы, надеюсь, забыли уведомить. Или непосчитали целесообразным, так как заранее знали, что риск велик, и я вам не позволю ввязаться в авантюру?
- Простите, Андрей Никитич, как там у вас говорится – повинную голову меч не сечет. Так посмотрим, что нам прислали наши наниматели. Ты посмотри, оказывается, для того чтобы звезда вновь излучала, необходимо расшевелить всего один бозон. И они указывают, какой именно. Движение бозона уменьшит отрицательную гравитационную энергию взаимодействия всех частиц. Интересно.
- Пожалуй, интересно другое, капитан. Предвидится еще один развед-рейд в еще одну цитадель. Цель та же. Только на этот раз в разведку отправятся только клоны, - сказал футуролог.
- Только клоны? Да шучу я, шучу. Андрей Никитич, простите дурака, больше в разведку без вашего одобрения ни ногой. Мир?
- Мир, Уил. Интерес в том, что мы из временных исполнителей, превращаемся в полноправных исполнителей воли вайкунтхов, причем в кратчайший срок. Над этим стоит поразмыслить, капитан.
- Да я вижу, здесь движется серьезная партия, в которой мы пока, то в роли пешки, то в роли шашки.
- Вот-вот, я вижу, мы понимаем друг друга. Главное понять в какую игру играют. В шашки или в шахматы.
- Или в «Чапаева».
- Только бы нас не вышибли те, что летают над этим светящимся миром, те, кто родился первый во вселенной, и по праву первого рождения – ракшасы.

- Интересный знак. Стой разведка. Что это у них над входом в здание? Разведке, четче фокусировку виомов. Вот видите. Франсуа, пробей в информатории, что это за знак?
- Кэп, это древнейшее изображение пентаграммы Земли. Датируемое приблизительно 3500 годом до предзвездной эпохи. Такие знаки встречались на глине, найденной в руинах древнейшего шумерского города Урука. В древнейшей стране Египта, этот знак называли «звездой псоглавого Анубиса». Цитадель идентифицирована как город Аркаим. Планировка города и этой цитадели совпадает полностью.
- Уил, отзывайте развед-клонов. Наблюдаю повышенный уровень психологического давления. Существует реальная угроза поражения группы.
- Хорошо, Андрей Никитич. Отряду, возвращайтесь на базу.
- Кэп, во избежание недоразумений, советую провести мозговой штурм.
- Принимается, Ли Чан. Внимание всем офицерам. Мозговой штурм. Что дает нам изображение пентаграммы на этой цитадели? Франсуа?
- Пентаграмма была известна как символ оберегающий от всякого зла. В древнейшем городе Земли – Вавилоне этот знак изображали на дверях магазинов и складов, дабы уберечь от порчи и кражи. Этот знак также встречается и на царских печатях этого города.
- Андрей Никитич?
- Пентаграмму в древней Греции планеты Земля называли пентагерон от греческих «пента» - пять, и «герон» - черта, линия. По высказываниям греческих философов, пентаграмма есть правильный пятиугольник, на каждой стороне которого построены равнобедренные треугольники, равные по высоте. Еще греки называли пентаграмму пентальфой – поскольку нарисована была так, что пять хвостов греческой буквы альфа переплетались между собой. В пифагорейской школе вокруг пентаграммы изображались пять символов: в верхнем правом углу – символ воды, в нижнем левом углу – символ земли, в самой верхней точке – символ идеи, духа либо храма, в нижнем правом углу – символ огня, в верхнем левом углу – символ воздуха. Пифагорейцы верили в то, что пентаграмма – символ здоровья. Пифагор называл пентаграмму гигиеей в честь богини здоровья, он утверждал, что гигиея есть математическое совершенство, так как скрывает в себе золотое сечение – формулу гармонии.
- Никита?
- Иными словами этот знак отстраняет их владельцев от мира, оберегает мир, либо служит предупреждением о чем-то вроде карантина.
- Соло?
- Подкину новую информацию. Аня закончила картографию планеты. Я обнаружил еше три цитадели с круговой планировкой. Но самое интересное в том, что все пять цитаделей составляют собой пентаграмму!
- Соло хочет сказать, что в центре этой пентаграммы может быть что-то весьма интересное, да, - сказал Ли Чан.
- Не покладено, а положено, не положено, а закопано, не закопано, а зарыто, - со смешком произнес нейропрограматор.
- Возможно потому, что я люблю приоткрывать темные пятна на картах, нырять в черные дыры, но мне вспомнилась история с дозвездных времен. Когда было изобретено термоядерное оружие – всем казалось, что оно абсолютно и защиты от него не найти, но исследование темных пятен на Солнце, показало, что термоядерные реакции там не только приостанавливаются, но и угасают.
- К чему ты ведешь, Ян? – насторожено спросил Герман Бор.
- Хватит лезть черту в зубы, ясновельможные мои. Всех нас поманили очередной тайной, и мы уже готовы с низкого старта трясти костями в гонке со смертью.
- Что весьма неплохо, - на это замечание Кэрола Смита, капитан второго ранга крейсера «Кобра» лишь махнул рукой.
- Поздравляю, как говаривали в старину, моего полка прибыло,- сказал Андрей Никитич, обращаясь к Зальотному,- Но, видишь ли, какое дело, Ян, у нас-то и выбора пока никакого и нет. Наши наниматели нас довольно искусно ведут. Да, они дали нам технологию восстановления звезд, но забыли указать обратный путь. Второй раз пробраться сквозь ряды ракшасов, порхающих над этой планетой, нереально.
- А вы пробовали? – вскинулся Ян, глядя в глаза футуролога.
- Попробуй, - снисходительно улыбнулся тот.
- Хорош, - остановил я их, - Подведем итог.

Печать.
Гидротропизм, как способность растений изгибаться под влиянием неравномерного распределения влажности в окружающей их среде, здесь отсутствовал. Налицо была плешь правильной круглой формы из чернозема, причем пробы грунта в этом месте показали, что в других местах этот же грунт давал рост корней растений в сторону большей влажности. Аномалия, располагающаяся в центре пентаграммы, имела диаметр пять километров. Сканирование местности на предмет скрытых пространств, либо иных тайников ни к чему не привело.
- Капитан, уходите оттуда, - несмотря на то, что сказано все было внешне спокойно, но все же в голосе футуролога присутствовало напряжение. А когда Андрей Никитич чем-то взволнован, уж лучше внять его совету.
Только мы покинули плешь, как там резко похолодало. Но чернозем оставался черноземом до тех пор, пока не начали плясать флогистоны вливающиеся в теплороды, внешне видимые как огненные линии, они превращали плешь в озеро электрической жидкости. Чистой воды метафизика.
Озеро померцало, померцало серебристыми всполохами и угасло, оставив все тот же чернозем и некое массивное приземистое сооружение из прямоугольных блестящих плит черного гранита. Лазерный резак легко проделал дырку возле стыков плит. «Пчела» впорхнула внутрь, визуализируя лежащего в саркофаге четырехметрового долихоморфного долихоцефала.
Я выключил робота «Сумико» и сконцентрировался на «Пчеле». Объект открыл глаза.
«Не глаза, а две бездонные пропасти»,- успел подумать я, прежде чем «Пчела» провалилась в их нутро, а вместе с ней и я.
- Ожидаешь какого-то откровения от высшего существа? А его и не будет. Смотри. Вот ваша галактика.
Передо мной вспыхнула во всей ее красоте мириадами звезд, газопылевых облаков и иной небесной бижутерии, госпожа-галактика.
- Вот черная дыра, из которой все вращается. А вот он я. Все время в стасисе. Все время в прошлом. Признаться, это мне порядком надоело, игрушка. Почему я называю тебя игрушкой? Все просто ты и есть игрушка в его руках, захотел стер память, прокрутил твою жизнь наново, сломалась игрушка – выбросил. Чем капризнее игрушка, тем она интересней. Ты капризная игрушка? Или надежная? Впрочем, речь не о тебе, речь обо мне. Я его голос, разжалованный правда голос, поэтому приходится играться в его игры. Вот тебе задание игрушка.
Его губы вплотную приблизились к моему уху, отчего волосы на моей голове начали покрываться сединой.
- Передай Самаэлю, что я согласен.
Хлопок, или это он хлопнул в ладоши, но мир вокруг меня резко сузился до точки, впрочем, как и я сам. Кратковременная темнота и вот я сижу в рубке и все еще управляю роботом вскрывающим саркофаг. Вот лазерный резак делает отверстие, вот «Пчела» впорхает внутрь. Но, вдруг, приземистое гранитное сооружение идет волнами, колышется, словно паутина, и истаивает вместе с роботом «Сумико».
Во внешней разведывательной рубке моего крейсера тишина, именно то, что мне сейчас нужно.
- Что это было, Пух? – идиотским голоском свистит Соло.
- Уил, с тобой все в порядке? – спрашивает Ли Чан, знаками пытаясь заткнуть Соло, он указывает на мою поседевшую голову.
- Уил? – щелчок, - это вызванный по тревоге Никита пытается привлечь мое внимание.
- Карантин, - словно сквозь вату доносится его голос.
- Вы двое были вместе с ним? – спрашивает целитель, указывая пальцем на Соло и Ли Чана.
- Да,- подтверждают те.
- На обследование, - безапелляционно заявляет Соловьев.
- Что с ним? – спрашивает Ли Чан.
- Психическое истощение. Надеюсь временное. Последствие психической атаки, либо кодирования. Ложитесь сюда, капитан. Вот так, осторожненько. Сейчас вы уснете без снов.

- Спасибо, Никита, мне уже намного лучше.
- Рад за вас, капитан.
- Как продвигаются исследования бодяги?
- Есть одна мысль, думаю, что эта овеществленная чувственная жидкость как-то связана с дезоксирибонуклеиновой кислотой.
- Уже что-то.
- Капитан, не хотел вас беспокоить, но пока вы пребывали в синхронизаторе, у нас произошли важные изменения. Франсуа доложит.
- Рад видеть вас в полном здравии, Уил. Твое искусство неоспоримо, Никита.
- Спасибо, Франсуа.
- Перейду к сути. Среди клонов появились сектанты. Они утверждают, что мы не высшие существа.
- Предчувствие не обмануло меня, Франсуа. К чему-то подобному я был готов. Я сам займусь ими.
- Это еще не все. Я посмотрел информацию на Самаэля, и он мне не понравился. Сильно не понравился, капитан.
Я вопросительно посмотрел на Соловьева, тот в ответ пожал плечами. Все и так было ясно, он копался в моей голове. Только оттуда они могли узнать, что нашептал мне этот долбанный долихоморф.
- Я слушаю, - поторопил я специалиста по иным формам жизни. Чтобы толстячку-боровичку кто-то не понравился, это надо было умудриться. По-моему, Франсуа даже ракшас пришелся вполне удобоваримым субъектом.
- Ты, наверное, забыл, либо слушал своего отца вполуха. Ведь он у тебя патриарх Великой Церкви Христовой. Самаэль на иврите значит яд бога, либо яд для бога. От sam – “яд” и ‘el – “бог”. Он же Мастема, он же Сатана.
- Я обдумаю это, - сказал я, посмотрев, где сейчас находится мастер силовых столкновений. Как и предполагалось, он находился в тренировочном зале.
- Мне нужно идти, Франсуа, Никита, позже поговорим.
В тренировочном зале Кэрол Смит занимался тем, что плел боевую паутину из Да-цзе-шу. Движения его были простыми и естественными, без напряжения и усталости. Его силовые линии прикрывали все тело. Руки и ноги помогали друг другу, как четыре хорошо натасканные зверовые собаки, подчиняясь хозяину, нападали на зверя, не мешая друг другу. Поэтому тигр, противостоящий ему, был в проигрышной ситуации.
- Пытаюсь вспомнить то первое ощущение, испытанное в Академии боевых искусств,- отключая тигра, увидев меня, пояснил Смит.
- Зря стараешься, по себе знаю, оно не придет. Есть задача для мастера силовых столкновений.
- Решаемая?
- Там посмотрим.
- Я готов. Кто?
- Клоны.
- Сектанты?
- Да. Пойдем вдвоем. Мне нужен их мозговой центр.

Последний клон-охранник сектант пытался ударить Смита прямым в голову. Но мастер силовых столкновений резко нагнулся, выбросил ногу вверх. Его колено быстро согнулось, и пяточка с чавкающим звуком влетела в лицо противника. Исполнив «скорпион», Кэрол ушел в кувырок и тут же поднялся в позиции «вора», ноги согнуты, ноги под туловищем. Веер силовых линий направлен в сторону трех оставшихся клонов – мозгового центра сектантов.
Я оглянулся, впечатляло – сотня клонов лежала в отключке менее чем через две минуты.
Трое клонов взялись за руки. На всякий случай, мы немного подались назад.
Одежда на них истаяла, волосы на руках встали дыбом. Кожа рук соприкоснувшись начала врастать. Шесть рук сплетались веретеном создавая две руки, шесть ног скручивались в две, три туловища врастали в одно, три головы создавали одну трехрогую козлиную. Все эти метаморфозы сопровождались диким криком.
Через пять секунд перед нами стояло грозное, мощное существо, полное злобы и ненависти.
- Иецера-ра, злое начало сильно в человеке от юности, - гортанным рыком произнесло оно.
И уже обращаясь только ко мне, нормальным голосом: - Что ты хотел от меня, игрушка?
- Передай Самаэлю, что я согласен, - помимо воли произнесли мои губы.
Глаза существа резко, словно кто-то выключил внутренний свет, помутнели. Оно осталось стоять столбом, как впрочем и мы. Пока я, придя в себя, не сказал:
- Никита, дуй сюда. Биоморфизм пятой ступени. Нужен карантин высшей степени защиты.
- Капитан, вайкунтхи отказались с нами общаться. На мой вопрос: почему? – они ответили, что мы общаемся с князем тьмы, - сообщил Андрей Никитич, а потом, увидев козлоголового, с удивлением спросил: - Это еще кто?
- Самаэль, - ответил главный целитель нашей развед-эскадры, улыбнулся и продолжил: - Вернее то, что от него осталось. Капитан, это кукла. Сканирование показывает, что внутренних органов у нее нет, только оболочка наполненная пустотой.
- Самаэль?! – очень удивился футуролог.
- Анаконда, инфу мне о происшедшем.
- Выполнено, Андрей Никитич.
- Твои действия? – спросил футуролог у целителя, показывая на козлоголовую куклу.
- Буду препарировать, - пожал плечами целитель.
- Не стоит. Какого рода эта пустота нам не известно. События, связанные с капитаном, показали, что эти существа владеют возможностью втягивать все, что им нужно, в их внутренний мир. Советую изолировать весь этот отсек.
- Кэп? – попросил арбитража у меня Никита Соловьев.
- Изолируйте, - согласился я с футурологом, целитель же немного поморщился, его ведь лишили жажды познания.
- Пошлите к вайкунтхам Ли Чана, - сказал я футурологу.
- Хорошо, Уил, - еще раз окинув взором фигуру куклы, произнес тот. Телепортировался.
Падшим ангелом считался Сатана, носящий имена Мастема (с иврита mastemah – “вражда”) и Самаэль. Говорилось о том, что Сатана зависим от Бога и соблюдает его запреты. Он враждует с человеком и порочит его перед лицом Бога. ПервоЧеловека творили семь ангелов из земли верхней части Эдем – нерожденного женского начала лишенного предвиденья, гневливого, двоедушного и двутелого . Когда он был сотворён, и его тело по слабости ангелов не могло стоять прямо, но как червь ползал. Элогим – отец всего рожденного, лишенный предвиденья, непознаваемый и невидимый, запретил двум ангелам участвовать в творении – Самаэлю – яду божьему и Малах Га-Мавету – посланцу смерти. И был создан ПервоЧеловек от искры жизни Элогима по образу и подобию Верховной Личности Бога, спустившей мысль о творении Элогиму и ангелам его посредством Метатрона. Искра-дух выпрямила человека, сделала поворотливым и оживила. Эдем вложила в человека душу, а Элогим – дух. Из ПервоЧеловека эманировали светлые стихии: Воздух, Огонь, Вода, Ветер и Свет. Эти стихии стали боевыми доспехами ПервоЧеловека. Тогда Эдем и Элогим благословили его на битву с Материей, позавидовавшей красоте самого первого ангела Армоцеля (эона света), созданного Брахмой. Материя на своих деревьях вырастила пять плодов, они упали на почву миров Сухого и Влажного, и из них вышли пять архонтов – князей тьмы. Архонт мира огня – в виде льва, архонт мира ветра – в виде орла, архонт мира воды – в виде рыбы, архонт мира тьмы – в виде дракона. Сильнейшим из них был пятиликий архонт дыма с львиной головой, орлиными крыльями, туловищем дракона, четырьмя лапами и хвостом рыбы. ПервоЧеловек облачился в светлые стихии и спустился в захваченную Мраком область, вступив в битву с его силами. Он победил силы мрака, но ему пришлось отдать темным стихиям свои одеяния, которые связали архонтов и не дали им продвигаться дальше. Тогда Отец Величия, узрев безоружность ПервоЧеловека, произвел Дух живой, который воззвал к нему, а ПервоЧеловек услышал его в бездне и ответил. Дух живой спустился на поле битвы и вознес ПервоЧеловека обратно в страну Света. Поскольку ПервоЧеловек соприкасался с мрачными силами, он не сразу смог слиться с ангелами света и иными светлыми божествами. И все же Элогим, среди прочего, сказал ангелам: «человек обладает разумом и способностью устремлять свои взоры вверх, а также из-за прямизны и правильности его внешнего вида и свойственного его природе первенства и предводительства, а также природной непорабощенности и непокорности души – вы должны поклониться ему». Самаэль первым воспылал гневом к мыслям Элогима. Видя всю беспомощность ПервоЧеловека на ранних этапах творения, он не хотел слиться с мыслью о его предводительстве в делах духа. И была война на небесах. Ангелы света, стоявшие за ПервоЧеловека, сражались с ангелами света, стоявшими против ПервоЧеловека. И был низринут Самаэль и ангелы его, из которых наиболее нетерпимые к человеку, а, следовательно, наиболее известны Азазель, Асмодей, Велиар и Вельзевул.
Долихоморф говорил, что он разжалованный глас Божий. А ведь Бог говорит ангелом. Кто же он? Один из падших? Если бы был одним из падших, он бы не разговаривал с Самаэлем на равных, или разговаривал бы? И на что он согласен? На что-то очень важное, раз Сатана, столь ненавидящий человека, ушел столь быстро, не причинив нам никакого вреда.
- Ник, ты меня слышишь?
- Да, кэп.
- Пусть анаконда соберет всю информацию о возможностях ангелов.
- Кого?! Я не ослышался, тех самых пернатых в райских кущах?
- Именно.
- Да что здесь творится то?
- Соло, просто передай мне инфу.
«Информация передана. Анаконда», - вспыхнуло у меня в голове. И началось: «Ангелы связывают демонов. Уносят души умерших в загробную жизнь», - Лука. «Ангелы не суть тела и не имеют тел, но могут принимать тело. Ангелы могут познавать будущее, обладая способностями понимать универсальные причины вещей и делать на их основании точные прогнозы. Ангелы и демоны могут узнавать тайные мысли человека, хотя и не с абсолютной точностью. Демоны иногда с весьма большой способностью изучают расположения человека, не только когда они выражены речью, но даже когда задуманы в уме, если душа выражает их определенными знаками тела. Ангелы неспособны непосредственно воздействовать своей волей на материальные объекты, поскольку каждый творец творит подобное себе, а значит, все предметы, представляющие собой соединение материи и формы, пребывают во власти Бога, а не ангелов», - Фома. «Падшие ангелы (демоны) изменились. Их способность к познанию свелась к трем аспектам: 1) хотя интеллект демонов лишен благодати и потому затемнен, они просвещены светом своей интеллектуальной природы; 2) демоны могут воспринимать то, что явлено ангелами; 3) благодаря длительному опыту демоны обладают большим интеллектуальным багажом – в силу того, что сходство врожденных им умопостигаемых видов имеет место в индивидуальных вещах» - Фома. «Ангелы не имеют представления о пространстве. Всякое перемещение или передвижение в мире духовном совершается вследствие изменения внутреннего состояния самих ангелов, так что передвижения там суть не что иное, как изменения в состоянии. Стоит ангелу посмотреть в любую сторону света или мысленно представить себе какую-то местность, как он уже находится там. Иными словами, ангел пребывает в том месте, которое составляет содержание его сознания в данный момент. Речь ангельская, равно как и человеческая, состоит из слов и так же звучно произносится и слышится, ибо у ангелов, как и у людей, есть уста, язык и уши, есть и воздух, в котором звук их речи внятно раздается. У всех ангелов один язык. При разговоре с человеком ангелы не пользуются вербальными средствами, и оттого человек слышит ангела говорящим на его родном языке. Помимо устной речи, ангелы имеют свою письменность. Ангелы двуполы, и на небесах существуют браки. Небесный брак – это слияние двух личностей в одну», - Сведенборг.«Ангелы представляют собой небесное воинство, четко распределенное по уровням – эонам, - или по небесным светилам. Они выступают помощниками Творца, который рассматривается как невежественное, злое божество, творящее несовершенный материальный мир. Никакого самоопределения у ангелов нет», - гностики. «Первая Мысль, мать всех вещей, вначале создала ангелов. Ибо эта Мысль, выходя из него, и зная волю своего Отца, низошла в нижние области и породила ангелов, которыми и сотворен этот мир. После того, как она их произвела, была задержана ими из зависти, так как они не хотели считаться порождением какого-либо другого существа. Его самого они вовсе не знали; а его Мысль была удержана порожденными ею властями и ангелами и терпела от них всякое бесчестие, так что она не возвратилась к своему Отцу и даже была заключена в человеческое тело», - Симон самарянин».
Эта информация вернула мне воспоминание детства, когда мой отец, патриарх Великой Церкви Христовой, рассказывал мне о расцвете своей веры. Все произошло в эпоху последних столетий дозвездной эры, на главной планете империи Земле. Злобные кризисы пожирали тогда сердца и души людей, а в открытый космос могли полететь, помимо профессионалов, только люди с крепким здоровьем, обманом заработавшие свой достаток. Но жажда человека сделать первый шаг в космическом пространстве была столь сильна, что начали схлопываться целые примитивные дозвездные государства, возглавляемые потенциальными космическими путешественниками. И тогда святой Антоний (получивший от паствы статус святого за реформирование церкви, вследствие чего, после смерти священнослужителя, более половины его достояния отдавалось на нужды наиболее нуждающихся верующих) предложил правителям пассионарного центра прочесть молитву за благосостояние и мир на Земле в открытом космосе. Для тех времен неслыханная вещь, священник в космосе. Правители не были против, но поставили условие, что паства должна своими средствами отправить святого Антония в космос, тогда все было громоздко и в человекочасах очень затратно. Никто не верил, что паства, озверевшая от кризисов, выделит хоть каплю из своих человекочасов. Но стоило святому Антонию произнести: «Мы лишь искры в Божьих дланях. Спешите делать хорошие вещи», - и средства пошли волной. Когда средства были собраны и святой Антоний уже одевал облачение дозвездных путешественников для плавания в вакууме, он произнес лишь одно: «Спешите делать хорошие вещи».
На орбите он искренне прочел молитву за благосостояние и мир на Земле. Этот духовный подвиг святого привел к тому, что верующие других религий тоже захотели, чтобы их святые прочли свои молитвы. Полеты в космос стали происходить намного чаще, техника полетов совершенствоваться. За святыми подтянулись гигантские корпорации возглавляемые интернетсообществом. Каждая корпорация считала делом чести представлять свою продукцию и творчество на орбите святого, Святой Орбите, где был возведен Храм.
- Рассматривая россыпи из ракушек,
Стоит храм как камушек, - припомнил я древние стихи, выгравированные на одном из столпов Храма.
Воспоминания детства были побочным продуктом прямого подключения в мозг нейросети. Наш целитель научил нас справляться с микрострессами точечным массажом. Я сжал правую руку в кулак, чтобы кровь приплыла в пальцы, а с ней и тепло необходимое для массажа. Возле макушки нащупал точку бай-хуэй, помассировал ее пальцем. Потом помассировал точки инь-тан – над переносицей, жень-чжун – возле основания носа, и чэн-цзян – под нижней губой. Стресс прошел, и тут же пришла в голову мысль о том, куда отправился Сатана. В ту первую Цитадель, которую разведывал я вместе с клонами, незря ведь в будущем это место назовут Самаль. Значит что-то связывает Самаэля – яда божьего, с происшедшем в Цитадели. Уж больно впечатляли, теперь уже вне сомнения, отбросы его деятельности.
Впечатляли и возможности ангела. Из информации Анаконды, я сделал вывод о том, что в столкновении с ангелом наша техническая мощь равна нулю. Победу можно было одержать только создав черную дыру, что в принципе невозможно, и то при том, что ангел будет чем-то настолько занят, что не заметит роющего яму под его ногами. А ведь в человека, подумал я, когда-нибудь может возникнуть настолько бредовая идея, чтобы на него обратили внимание высшие иерархи, создать что-то сверхразрушительное. Странные несвойственные моей природе мысли обдумывались по ходу от клоновника в аппаратную, где меня поджидал заказанный мной бот типа юзер. Смита я оставил вправлять мозги моим клонам, посмевшим поднять оружие против их создателя. Признаться из-за таких недостатков, клонов я недолюбливаю, мягко говоря. Толи дело боты и киборги, хоть они обходятся дороже и в некоторых ситуациях не поспевают за клонами, но, все же, честная железяка есть честная железяка, не то что изворотливый и пронырливый клон.
Вмонтировашись в юзер и подключив нейронити, я услышал отголосок древней песни, информационный след от заказа Соло.
Белый снег, серый лед,
На растрескавшейся земле.
Одеялом лоскутным на ней -
Город в дорожной петле.
А над городом плывут облака,
Закрывая небесный свет.
А над городом - желтый дым,
Городу две тысячи лет,
Прожитых под светом Звезды
По имени Солнце...
И две тысячи лет - война,
Война без особых причин.
Война - дело молодых,
Лекарство против морщин.
Красная, красная кровь -
Через час уже просто земля,
Через два на ней цветы и трава,
Через три она снова жива
И согрета лучами Звезды
По имени Солнце...
И мы знаем, что так было всегда,
Что Судьбою больше любим,
Кто живет по законам другим
И кому умирать молодым.
Он не помнит слово "да" и слово "нет",
Он не помнит ни чинов, ни имен.
И способен дотянуться до звезд,
Не считая, что это сон,
И упасть, опаленным Звездой
По имени Солнце...
- Соло займись делом. Твоя Анаконда оставляет после себя стресс-след, - этому парню иногда не мешало давать хорошего пинка для профилактики.
- Есть, кэп. Куда-то собрались? – видно было, что он неподдельно заинтересован вопросом моего рейда.
- Да, подышу свежим воздухом.

Бот юзер позволил мне беспрепятственно проникнуть в Цитадель. Внутри Цитадели было свое пространство и своя атмосфера. Я очутился на чем-то вроде древней остановки ожидания средства перемещения. На ней вряд стояли люди. Чтобы не выделяться, я тоже остановился. Вдруг, мой сосед, мужчина лет тридцати, одетый странновато, во что-то серое с коричневым, не выделяющееся. Резко согнулся.
- Делай как я! – закричал он, выкатывая глаза от ужаса.
Я понял, почему он так сделал, в точности повторив его движение, когда над спиной пронеслось нечто искажающее пространство. Но вот пузырь искажения проплыл. Все на остановке продолжали стоять согнутыми. Мужчина встал на колени, руки согнул, зубы выставил, даже щеки надул. «Что он делает? Изображает кролика?» - подумал я.
Зубы его начали стучать.
- Только бы пронесло. Только бы пронесло. Нет меня. Меня нет, - тихо шептал он.
Все, в том числе и я скопировали его позу. По дороге, поднимая пыль, шло нечто, внешне напоминающее древнего мексиканца, с сомбреро на голове и усиками, которые я увидел, когда он или оно, подошло ближе.
Мужчина замолчал и перестал стучать зубами, побледнел, казалось, что он превратился в статую, только глаза выдавали в нем жизнь.
Нечто поравнялось с нами и начало указывать чем-то крохотным, чего я пока не видел, несмотря на способности бота юзера. Это настораживало, но не беспокоило. Защита бота была надежна, в случае чего прорвусь. Тот на кого указывало нечто, с содроганием выходил. Вот вышел второй, третий, четвертый с конца остановки, а возле твари распространяющей волну ужаса по-прежнему оставался стоять один человек. Куда деваются остальные, я не видел.
В очереди оно пропустило только одного человека. А моего соседа нет. Указав на него чем-то вроде темной палочки, оно произнесло:
- Я тебя вижу, - и подмигнуло.
Мужчина содрогнулся всем телом, глазами прощаясь с этим миром. Как истукан он шагнул с остановки, и исчез… в человеке.
До этого момента мне было интересно, но теперь во мне поселились опасения, а надежна ли защита бота.
Нечто глянуло на меня. У него были черные вакуумные глаза. Усики, сомбреро и лицо мексиканца было маскарадом. Не знаю кто это, но уж точно не человек. Его глаза и атмосфера, распространяемая им, выдавали в нем чужого этому миру существа.
- Я тебя вижу, - с улыбкой произнесло оно, указывая на меня каким-то прибором.
Я зацепенело шагнул вперед и очутился внутри человека. Что происходит я по-прежнему не понимал, поэтому пребывал в некой комфортной, с психологической точки зрения, роли стороннего наблюдателя. Но когда в своем теле я обнаружил вереницу чужих личностей, мне стало по-настоящему страшно. Особенно когда узнал в одной из личности вопящего от ужаса соседа по остановке. Некоторые из личностей, видать старожилы, относились более спокойно, некоторые враждебно меня сверлили, некоторые, в основном новички, вопили, меньшинство же пыталось меня подчинить либо уничтожить и все это происходило в моем теле, так мне казалось. Я рванулся вверх. Тело выгнулось дугой.
- Ах так, - со злостью произнесло существо, запрятавшее меня в тюрьму этого тела. Палочка в его руке удлинилась и стала походить на нераскрывшийся древний зонт, изображение которого попадалось мне в информатории. С возрастающим ожесточением, существо с вакуумными глазами ударило этим зонтом в пах. От боли мое сознание померкло. Но я быстро пришел в себя и увидел, как оно ползает над оставшимся на остановке человеком, который, казалось, даже дышать перестал.
- Кто здесь? Кто здесь? – вопросы существа звучали все неуверенней и неуверенней и наконец, бросив эту затею, оно пошло прочь с остановки, таща за собой мое тело.
Оно притащило меня в какую-то комнату очень похожую на операционную, в древнем ее варианте. В комнате было окно. Недолго думая я взял под контроль тело, и бросился к окну. Существо успело навести на меня палочку и я почувствовал, как что-то вцепилось в ремень на штанах, пытаясь меня оттащить, я отщелкнул ремень и, получив дополнительное ускорение, вылетел в окно.
Упал удачно. Благо высота была небольшой. Бот юзер исчез и связаться с экипажем я не мог. Поэтому, когда на земле меня окружили существа с удлиненными волчьими мордами, рассчитывать я мог только на свои силы.
Несмотря на свой устрашающий вид, существа были миролюбивы и любопытны.
- Ты кто? – спросил один из волко-человеков.
- Спешу, - сказал я, обернувшись и увидев в окне силуэт мексиканца в сомбреро.
Проследив за моим взглядом, волко-человеки задрожали от ужаса и бросились врассыпную.
Я бежал, спиной ощущая, как нечто направляет на меня свое странное оружие. Но почему-то не стреляет. На бегу я оглянулся и увидел, как палочка вырывается у него из рук, но вновь оказывается в руке, опять вырывается, и опять оказывается.
Увидел я и того, кто мешает «мексиканцу», нанести по мне удар. И делал этот тип все это с помощью ветра.
Но вдруг, расстояние между мной и «мексиканцем» резко сократилось, и все же появившийся на сцене событий новый персонаж, одетый в колпак, не дал «мексиканцу» меня поймать.
- Я тебя вижу, - с ухмылкой произнесло существо с вакуумными глазами.
- Зови меня Колпак, - произнес персонаж, выращивая острую струю льда и пробивая им глаза «мексиканца».
- Уважаемым архонтам негде развлечься? Зачем вы здесь? – сказал знакомый голос у меня за спиной, обернуться я не мог, тело отказывало повиноваться.
- За тем же, зачем и ты, Самаэль, - ответил «мексиканец».
- Печать одна, архонт дыма, и она не освободит вас. Бог не имеет к этому никакого отношения. Сковал вас ПервоЧеловек – он и освободит.
- Я вижу тебя, Самаэль. У нас есть ПервоЧеловек. Печать вернет ему утраченное и он освободит нас. Ведь я создал его.
- Этот ли?
Меня развернули.
Я не увидел ничего кроме тьмы.
- Несправедливо жалуются люди на бег времени, виня его в чрезмерной быстроте, не замечая, что протекание его достаточно. Хорошая работа, архонт дыма. Но печать одна. Иецерра ра!!!
Звуковая волна, исторгнутая Самаэлем, рассеяла архонта дыма, архонта мира воды и архонта мира ветра.
- Идиотами были, идиотами и остались. А мы с тобой, игрушка, поспешим на встречу с Семьязой.

- Как поживают твои вайкунтхи, Семьяза?
- Преданно служа, они хотят очиститься, но мы с тобой знаем, что конец их близок. Я хочу их спасти, Самаэль.
- Мы с тобой знаем, потому что обладаем предвиденьем, Семьяза, тот прежний – не обладал. Но сейчас играет Верховная Личность Бога, а о ней нам ничего не известно.
- Мне известно, Самаэль, что он время от времени устраивает эпические битвы. Сейчас началась одна из них. Из чертогов Вишни низвергнуты два стража Верховной Личности Бога. Поэтому в благочестивой части вселенной светила перестали излучать.
- Идя против тебя, Семьяза, вайкунтхи сдерживают волну ракшасов, пришедшую с падением двух стражей Рая. Странно только одно, почему здесь звезда излучает?
- Дети всегда идут против родителя, Самаэль. Это одна из семи звезд преступивших повеление Бога, пришедшая не в свое определенное время. В сражениях с преданными Верховная Личность Бога проверяет оковы майи, благодаря которым существует рождение и смерть.
- Лишь однажды я видел смерть, Семьяза, или существо, познавшее ее суть, и ставшее этой сутью. Малах Га-Мавет его имя. И было это во время творения ПервоЧеловека.
- Ты привел с собой прототип, Самаэль?
- Его любезно предоставили мне архонты, Семьяза.
- Ты встречался с архонтами тьмы, Самаэль?
- Нет, Семьяза, они сами вышли на меня.
- Не находишь все это странным, Самаэль? С какой целью архонты подсунули тебе прототип ПервоЧеловека?
- Цель их понятна и проста, Семьяза, а потому осуществима – сбросить оковы ПервоЧеловека. Но я этого не хочу.
- Зачем тогда ты, Самаэль, привел сюда прототип?
- Он поможет нам снять печать, Семьяза, либо здохнет.
- Тогда, Самаэль, видно будет, как львиная порода разрывает когтистыми лапами землю и в сделанные ямы хоронит себя вместе с другими зверями, ей подчиненными.
Разверзнется… Выйдут из земли Уракибарамеел, Акибеел, Тамиел, Рамуел, Данел, Езекеел, Саракуйял, Азаел, Батраал, Анани, Цакебе, Самсавеел, Сартаел, Турел, Иомъйяел, Аразъйял, управители двухсот ангелов, поклявшихся мне клятвою и обязавшихся заклятиями, родивших от жен человеческих себе детей. С удивительными наскоками будут наскакивать на человеческую породу, а она зверскими укусами, с пролитием крови, будет ими пожираться.
А еще будет по воздуху носиться зловещий пернатый род ракшасов. Они нападут на людей и зверей и будут питаться ими с великим криком. Они наполнят свое чрево алой кровью.
- Помнишь, Семьяза, как творец этого мира говорил нам: «Ангелы, человеческая форма жизни столь ценна, что даже мы стремимся родиться людьми, ибо только человеку дано в совершенстве постичь смысл веры и обрести совершенное знание». Посмотри на этот прототип. Я не ощущаю в нем никакой ценности.
- И все же, Самаэль, не стоит забывать о том, что ПервоЧеловек помог демиургам связать архонтов Мрака и поставить их в разные области мира. Из их тел была сотворена земля, поставленная среди моря. А под твердями один из преданных Верховной Личности Бога – Сварог создал Колесо звезд, где вращаются души архонтов, светящиеся разорванными ими одеяниями ПервоЧеловека. Кроме того, Сварогом были установлены три Колеса (ветровое, водяное и огненное), посредством которых эти стихии поднимаются вверх. Земля же ныне окружена стеной воды, стеной огня и стеной тьмы. Идет очищение стихий, которому способствуют мои дети – вайкунтхи, и темный остаток спускается ко мне в геенну. Дух живой поставил стражей над этим миром, уж очень много узников в нем. Первый страж Светодержец – охраняет все тверди; второй страж Царь чести – следит за восхождением Света в седьмой тверди; третий страж Адамант – стережет архонтов Материи; четвертый страж Царь славы – вращает три колеса стихий; пятый страж Омофор – держит землю и тверди. У каждого стража в подчинении свои ангелы. Свет, очищенный деятельностью вайкунтхов, возностится в новый эон Светодержца.
- Адамант не устерег архонтов Материи, Семьяза, раз их аватары сподобились на создание прототипа. Я сделал многое для нашего дела. Под видом великого мудреца Санатана, после того как благочестивые планеты вселенной стала укутывать тьма, вместе с тремя другими мудрецами-ангелоидами, пошел к Верхоной Личности Бога. С легкостью прошли мы шесть врат на пути к Вечной обители Верховной Личности Бога. На седьмых вратах путь нам преградили два стража Джая и Виджая. Они не пустили нас в Голоку Вриндаване. Я не дал им обвинить меня, сам обвинив их.
«Кто эти двое, - сказал я,- чей образ мыслей так чужд атмосфере обители Бога, хотя они состоят на службе у Бога, они должны бы обладать теми же качествами, что и сам Бог? Может ли в обитель Бога прокрасться враг? Но у Верховной Личности Бога нет врагов, кто станет враждовать? Скорее всего, эти двое – самозванцы и потому подозревают других в том, чем грешат сами. В отношениях между жителями Голоки Вриндаване и Верховной Личностью Бога царит полная гармония. Так откуда же в этом мире гармонии появилось семя страха? Эти двое одеты как жители обители, но откуда в их мысли проникла двойственность? Поэтому давайте решим, какой кары заслуживают эти нечестивцы. Мы должны найти для них подходящее наказание, которое, в конце концов, обернется для них благом. Обнаружив в бытии обители двойственность, они осквернили себя, поэтому их место не здесь, они должны отправиться в материальный мир, где каждое живое существо сражается с тремя врагами». Великие мудрецы Санака, Санандана и Санат-кумар поддержали меня.
И тут явился Бог и сказал гласом Метатрона: «Причиной того, что мои стражи по имени Джая и Виджая нанесли вам тяжкое оскорбление, было их пренебрежительное отношение ко мне. Великие мудрецы, я согласен с тем наказанием, которое вы, мои преданные, избрали для них. Поэтому я прошу вас оказать мне любезность. Пожалуйста, велите, чтобы искупив вину, они вновь вернулись ко мне и не отсутствовали в моей обители слишком долго».
- И что зделал ты, Самаэль?
- Я понял, Семьяза, что я раскрыт. И, тем не менее, произнес: «Верховная Личность Бога, мы не можем понять, чего ты хочешь от нас. Ты – верховный повелитель всего сущего, и, тем не менее, ты превозносишь нас, как будто мы оказали тебе какую-то услугу. Боже, какое бы наказание ты ни назначил этим двум безгрешным душам или же нам, мы безоговорочно примем его. Мы осознаем, что прокляли два ни в чем не повинных существа». Бог на это ответил: «Мудрецы, знайте, наказание, которое вы избрали для них, было заранее предопределено мною, поэтому им предстоит пасть в материальный мир и родиться в семье асуров. Однако все их помыслы будут сосредоточены на мне, а эта сосредоточенность ума, усиленная гневом, свяжет их со мной и поможет им быстрее вернуться в мою обитель».
- Твоя уловка может сработать, Самаэль. Возможно, Верховную Личность Бога увлечет новая игра, и ему будет не до нас.
- Ты, Семьяза, говорил, что твои двести ангелов будут наскакивать на человеческую породу. Подумай вот о чем, в обществе, где убивают невинных живых существ, истязают женщин и приводят в гнев великодушных людей, занятых деятельностью в сознании Бога преобладает демоническое влияние. Когда подобные тенденции начинают преобладать в обществе, следует ожидать, что милостью Бога вскоре произойдет смена социального устройства – Бог либо сделает это сам, либо поручит эту миссию своему истинному представителю. Бог воплощается в материальном мире для того, чтобы освободить преданных и уничтожить демонов. Богу нет нужды приходить сюда, чтобы уничтожить то, или иное тело. Бог низходит в этот мир только ради своих преданных. В материальном мире страданий не может избежать ни одно живое существо, но убивая невинных людей и животных или истязая женщин, демонические люди причиняют всем вред, поэтому их бесчинства вызывают в серцах преданных жгучую боль, и тогда Бог нисходит в материальный мир
- Я не видел нисхождения Бога, Самаэль, тогда когда я и двести ангелов поклялись клятвою зачать от жен человеческих, когда родились великие исполины, позже деградировавшие в вайкунтхов. Тогда наши дети поели все приобретенное детьми человеческими, и начали пожирать даже самих людей, так как те не смогли их прокормить. Представить лишь ты можешь, сколько крови лилось по земле, так что та отказалась ее впитывать. Мы подняли волну совокупления на такую высоту, что казалось вот-вот Бог снизойдет к тому, что мы, его глас, вопим. Представь, какова была независимость в свободе выбора партнера, когда совокуплялись с птицами и зверями, и всем что движется, даже с рыбами, когда совокупляясь, пожирали друг друга, ели мясо друг друга и пили кровь. Волна совокуплений отравила воды, и воды возопили, но что? Снизошел на Землю? Тогда я приказал учить детей человеческих всему тому, что знаем мы – ангелы, и что может уместить их аппарат мышления. Запретней знаний не придумать. Мы рушили его мир. Азазел учил людей делать мечи, ножи, щиты, панцири, учил истории, запястьям, предметам украшения, употреблению белил и румян, украшению бровей, украшению драгоценными камнями, цветным материям, металлам земли. Амезарак научил всевозможным заклинаниям и срезыванию корней. Армарос учил расторжению заклятий. Баракал научил наблюдать за звездами. Кокабел научил видеть знамения. Темел научил наблюдению над звездами. Астрадел научил движению Луны. Иекун научил соблазнению. Асбеел научил злым советам. Гардел научил смертоносным ударам, и из его руки орудия смерти перешли к живущим на тверди. Пенемуэ научил горькому и сладкому, письму чернилами и употреблению бумаги. Касдейя научил злых ударов духов и демонов, устранять удары рождения в утробе матери, укусам змей. Кесбеела научил клятве, на которой держится весь мир. Но и тогда он не снизошел к нам. Он послал к нам Михаэля с такими словами: «Извести Семьязу и его соучастников, которые соединились с женами, чтобы развратиться с ними во всей их нечистоте. Когда все сыны их взаимно будут избивать друг друга, и они увидят погибель своих любимцев, то крепко свяжи их под холмами земли до дня суда над ними и до окончания родов, пока не совершится последний суд над всею вечностью. В те дни их бросят в огненную бездну, на муку и в узы они будут заключены на всю вечность. И немедленно Семьяза сгорит и отныне погибнет с ними, а они будут связаны друг с другом до окончания всех родов».
- Семьяза, соединившись с человеческой женщиной, ты стал слишком чувственным.
- Нет, Самаэль, мы боролись против страха Божия. В страхе живут преданные Богу – в страхе и умрут. Конца Света ждут они и Битвы Последней. Так и не поймут они, что вся жизнь и есть Конец Света. Что каждый вздох их - Последняя Битва. И как последний Суд над ними уже свершен, так и Битва будет длиться, пока они живы. И не понять им, что лишь пешки они в Великой Игре. Тот же, кто познал мудрость, кто не верой живет, но разумом, кто понял предназначение свое, постиг правила Игры тот, может играть на равных. И будет это так. Я видел это. И видел я то, как умрет вера, и канут в безвестности слуги ее. Если люди живут разумом своим, то вера их уже не важна, ибо вера суть порождение разума. И видел я, как рухнут и обратятся в пыль никому не нужные храмы всех богов. И люди сбросят оковы и начнут думать. И будут жить как люди, а не как рабы Божии. И не будет тогда преданных Света и преданных Тьмы. Останутся только люди, верящие в себя. Останутся только презревшие пустую веру и признавшие силу разума. И их будет мир, и будут они свободны. И горд я был тем, что дорогу им проложили мы. Мы побороли свой страх перед Богом, а ты Самаэль?
- Я, Семьяза, боролся не со страхом, а с самим Богом. Но что-то наша игрушка заждалась развития сюжета. Пора бы приступить к снятию Печати.
Этот диалог отчетливо запечатлен в моей памяти, поэтому на кристале он приведен дословно.
Развитие сюжета произошло не совсем так, как планировали Самаэль и Семьяза. Свора вопящих привидений разорвали покрывало мрака. Пепел от погребальных костров припорошил и сделал материальными фигуры ангелов. Так на их встречу явился самый преданный Верховной Личности Бога, повелитель материальной энергии, являющейся причиной сотворения материального мира, отвечающий за гуну невежества, покровитель нечисти, находящейся под влиянием гуны невежества – Шива царь привидений. У него было чистое тело красноватого цвета, несмотря на то, что тело это было покрыто золой. Волосы у него были припорошены пеплом от погребальных костров. Он знал прошлое, настоящее и будущее. Имел три глаза, взгляд которых невозможно было выдержать даже ангелам. Один его глаз был подобен солнцу, другой – луне, а третий, находящийся между бровями – огню. Этим глазом извергающим пламя он мог уничтожить любое существо.
Семьяза и Самаэль склонили головы. Мне же оставалось только наблюдать и слушать.
- Мешать вам не буду, - произнесли уста Шивы, - Интересно посмотреть, удастся ли тебе, Самаэль, снять печать с похотливого ублюдка, коим ты Семьяза являешься.
Слова Шивы еще звучали, а меня уже перемещали в мир, покрытый черной коркой, трещащей под ногами наподобие льда, и так и желающей расколоться под моими осторожными шагами. Под коркой ощущалась вязкая жижа, проваливаться в которую крайне не хотелось. Подобное я видел при извержениях вулканов, когда пиропластический поток смешивается с потоком воды, образуя непередаваемый коктейль, крайне опасную субстанцию для движения. Здесь же целая долина от горизонта до горизонта была таким коктейлем. Не имея никакого современного оснащения, сразу ощущаешь себя крохотной букашкой. В этом мире тишины и смертоносного убаюкивающего треска под ногами, продвигаясь вперед, я особенно радовался, видя не надоевшую серо-черную поверхность, а цветные островки угасающей жизни в виде группок глоссоптериса – ископаемого папоротника, распространенного в южном полушарии в верхнекаменноугольном периоде.
- Боже, прости,- шептал я, продвигаясь в этом аду.
Наитие дернуло меня, спрятаться за треугольный гранитный блок. И лишь потом я воспроизвел то, что увидел глазами. Такая обостренная сверхреакция меня изумила, но уже позже, тогда же, я был занят лишь собственным выживанием. Получалось, толи я сначала спрятался, а потом увидел, толи одновременно и видел и прятался. Видел я растущий в небо гриб серого цвета извержения. Затем прошла звуковая волна, предвидев которую, я открыл рот, напрягая голосовые связки в диком вопле, затулив при этом ушные раковины ладонями. Сгруппировавшись калачиком за гранитной стелой, крича что есть мочи, в мыслях я молил, чтобы, во-первых, остались целы барабанные перепонки, во-вторых – чтобы пиропластический поток не достиг моего укрытия. Мне повезло, клубы газа, пыли, пемзы не дошли к монолиту, меня окатило только горячим воздушным потоком.
- Черт вас всех возьми! – проорал я, - Хватит с меня приключений.
Учуяв мою усталость, другие личности, собранные в этом теле архонтами тьмы начали бузить, но не долго. Железной рукой воли капитана, я быстро навел порядок. Затем встал и вышел со своего, ставшего почти родным, укрытия. И увидел я зеркальную пустыню. Тучи и облака звали меня вперед, проявившиеся на небе черными парящими звездами и молниями ракшасы гнали меня и влекли, даже ветер все крепче и крепче дул мне в спину.
Быстро скользя по зеркальной поверхности, не имея возможности остановится, лишь сохраняя равновесие, я все ближе и ближе приближался к чему-то важному.
Странно для капитана развед-эскадры, но я пропустил тот миг, когда зеркальная поверхность закончилась, и когда я стал видеть мир как кристалл. Грани памяти услужливо вырезали древний стих, прочитанный мной когда-то в древних блоках памяти Анаконды:
Антрацитовое небо
С изумрудными разливами,
Бриллиантовой прозрачностью
И алмазными напилами.
Режет душу победитами,
И она течет рубинами.
Сеет дождик бриллиантами
По малахитовой траве.
Падает рубин души кристальный -
Вырастает сад хрустальный.
С аметистовыми листьями
И жемчужными цветками.
Лучик светит гранями,
Наполняя мир цветами.
И искрится радуга
Бога.
Передо мной лежал огромный бриллиант, в котором отражался свет семи звезд. И было ужасно страшно видеть семь звезд пылающих словно огромнейшие горы. Я простер свои руки вперед, пытаясь оградится и вместе с тем познать непознанное, нечто новое – печать Бога.
В этот миг появился тот, кого во все времена зовут Шивой. Он сказал: - Ты видишь место конца неба и земли, служащее темницей для звезд и для двухсот ангелов согрешивших с земными женщинами. Эти звезды движущиеся преступники повеления Бога, так как пришли не в свое определенное время. Бог разгневался на них и связал их до конца их вины в только Ему известный Год Тайн. Самаэлю пришлось долго трудится, чтобы откачать чувственную составляющую печати. Его цитадели превосходно справились с поставленной задачей, в этом я не сомневался, на то он и Самаэль, абсорбировать яды его прерогатива. В будущем я видел ПервоЧеловека, поднимающего печать, интересно было посмотреть, удастся ли Самаэлю создать что-то качественное? Но и здесь мои надежды не оправдались, Самаэль, как и всегда, словчил. За него все сделали архонты. Вот уж нерадивый ученик.
Теперь меня интересует: справишься ли ты с дилеммой, если я сообщу тебе, что бриллиант этот держат нити вод. Поднимешь бриллиант – поднимутся все воды этой планеты.
Но мои руки уже коснулись бриллианта. Коснувшись его, я понял что не утерплю его поднять. Вода, вода, огромная гора воды выростала в океане. Начала движение на сушу.
- Жаль, неплохие создание были эти вайкунтхи, - прокомментировал Шива, но в голосе его небыло ни капли сострадания.
- Мои друзья: Соло, Андрей Никитич, Никита, Кэрол Смит, Ли Чан, Франсуа, Герман, Ян, они все там! Они не знают. Не успеют стартовать. Что я наделал?! Шива, что делать? Я не отдам печать Самаэлю.
- Повторяй, Уил. Йад оках сарва-бхутанам махи магна махамбхаси асйа уддхаране йатно дева девйа видхийатам.
- Йад оках сарва-бхутанам махи магна махамбхаси асйа уддхаране йатно дева девйа видхийатам, - четко повторил я, и продолжал повторять, ожидая пока воды не вернутся на отведенное им место.
Я уже собирался перевести дух, но черная дыра разверзлась у меня под ногами.
- Удивил, старина, молодец, - произнес, неизвестно к кому обращаясь, Шива.
Я висел в открытом космосе и видел единственное пятнышко света. Я старался не мигать и все время повторял: «Йад оках сарва-бхутанам махи магна махамбхаси асйа уддхаране йатно дева девйа видхийатам».

Служба этического контроля предупреждает создание этого кристалла памяти человека, именующего себя капитаном Уилсон Редли Берингом, произведено в лечебных целях. Человек, создавший этот кристалл, был найден в открытом космосе в секторе звезды Пелопсо. На краю галактики. У человека отсутствовали мигательные рефлексы. Трудно представить, что пережил человек, оставшись в одиночестве в открытом космосе на столь длительное время, по некоторым данным скафандра – больше года. Человек рвался спасать несуществующих, или существующих в его воображении друзей, и все время бормотал нечто на санскрите: «Поскольку обитель для всех живых существ Земля, погрузившаяся в воды великого океана, сделай усилие в поднятии этого, о повелитель полубогов этой Земли, да будет так»

с. Кривин – г. Луцк
2010 - 2011


в книге присутствуют тексты песен Вячеслава Бутусова "Моя звезда" и Виктора Цоя "Звезда по имени Солнце".

иконка с сайта

http://art.espot.ru/imgpv/art/3d_pictures/space/space_016.jpg